Болевой порог. Вторая чеченская война

Секунды спустя донеслось глухое уханье ударов и негромкая команда: «Одного ко мне!» Наружу выволокли размякшее тело человека. Вслед за ним винтовку СВД. Оглушён, уже без зубов и с кляпом по самую глотку. На вытянутые руки вдоль головы ему затянули веревку. Так и тащили по двое по земле со скоростью ветра. По пути менялись. Отход прикрывал спецназ.

– Бригадир, мы языка взяли, – сбитым от усталости голосом довольно шептал Титов, – кому скажи – не поверят.

Сержант ввалился в блиндаж шумно, сверкая каплями пота на лбу.

– Взяли, взяли мы эту суку, гада, снайпера, в общем, – взволнованно во весь голос кричал Серёга, разбудив даже молодых бойцов. – Я его сам тащил, прикинь, да?

– Один нёс? – недоверчиво взглянул Саня.

– Да не, нас много было. Мы менялись. Боевик в отключке был.

– Вот так и говори, герой.

– Э, ты, что, мне не веришь, «механ»? Иди к Макееву и посмотри, снайпер и спецы там ещё.

– В первом взводе своих героев хватает, – поднял указательный палец вверх Скачков, – так что отключай свою браваду вовремя. И от себя ничего не добавляй, а то в лоб получишь.

Позиции первого взвода. Булат и Юра"

"– Булат, ты спишь? – теребил контрактника за ногу Юра Казаков. – Ну не спишь ведь, Булат. Эй!

– Ох, как дам я тебе сейчас в глаз молодой, – ответил Бембетов, приподнявшись с лежанки в поисках папиросы.

Казаков протянул ему сигарету с фильтром, давно ждущую своего часа за пазухой. И вот этот час настал, заставляя смотреть нетерпеливо в глаза контрактника, ожидая долгожданного разговора. Булат потянулся и зевнул, поправляя грязную тельняшку на теле, которая явно была на размер меньше и вечно задиралась над худым животом. Сквозь тонкий материал десантной майки отчетливо виднелись выступающие рёбра бойца.

Жилистый, сухой и смуглый.

– Ну чего тебе, Юра? – прикурил от спички Бембетов.

– Как чего? Ты издеваешься? – возмутился боец, присаживаясь поближе, уставившись в полутьме на уголёк равномерно тлеющейся сигареты. – Я, что, зря для тебя целую пачку «Явы» рожал? Рассказывай мне давай, как вы в первую войну за Минутку бились.

– Так я ведь рассказывал вам уже, – раздражённо ответил Бембетов.