Боярышня Евдокия 4

— Э-э-э, знаю, что князь Андрей Васильевич прошлым летом ( в смысле году ) женился, а про Юрия Васильевича ничего не слышала, — любуясь княжеской семьей, заговорщическим тоном произнесла ключница.

— Не по старшинству получается, — осуждающе качнула головой Дуня.

Она не особо верила в приметы, но остальные старались не нарушать их, а тут средний брат князя проявил неуважение к старшему Юрию. Хотя князю Андрею было уже двадцать четыре, и куда уж дальше тянуть. А вообще вся эта ситуация с женитьбой братьев князя очень странная, и люди болтают, что Иван Васильевич не даёт своим братьям жениться.

Евдокия пригляделась к нему и не заметила, как прилипла взглядом. Она бы ему бородку подравняла, по-другому кудри подстригла и кафтан подобрала бы в иных тонах. А ещё сменила бы ему сапоги, а то как красна-девица, ей богу!

— Я слышала, что князь Юрий Васильевич благонравен и чист душою, — прошептала на ухо Василиса.

— Либо втихую девок портит, либо нет твёрдости в нём, — со знанием дела прокомментировала Дуня, осерчав на себя, что мысленно раздела князя, потом по-своему приодела и любуется, как будто он её.

— Ну, девки, — начала говорить ключница и осеклась, сообразив про какую твёрдость намекнула её любимица.

— Ах ты! — воскликнула она, намереваясь огреть Дуню рушником, но в руках ничего не было и получилось нелепое махание руками."

"Князья, привлеченные женским возгласом и движением, обернулись и увидели, как Дуняша со смехом отскакивает от Василисы.

— Кто это? — спросил его брат.

— Дуняшка Доронина, — со смехом выпалил княжич.

— Так это к ней на помощь ты спешил в Новгород? — с любопытством спросил Юрий у брата. — Она же совсем девочка!

Иван Васильевич загадочно улыбнулся и продолжил спускаться, уводя за собою сына и Юрку. Княжич начал азартно рассказывать, какие придумки появились благодаря Дуняшке и как она чудит.

Вспомнился ему отец, внушающий им с Юркой, которого долгое время готовили запасным князем, что именно братья становятся первыми врагами правителю, и если рука не поднимается убить их, то нельзя дать вырасти племянникам. Иван с Юрием хорошо запомнили слова отца благодаря жестокому уроку, когда находились в смертельной опасности именно из-за родни.