Боярышня Евдокия 4

— Стой! Гаврила Афанасьевич, ты что ль? — крикнули откуда-то сверху при подъезде к месту несения службы.

— Я! Алексей, ты ли это! — улыбнулся Гаврила, услышав голос знакомого служивого.

— Я, — чуть в стороне на дереве мелькнула тень и начала медленно спускаться по стволу.

— Приехал тебе на смену, — пояснил Гаврила, когда Алексей подошел к нему.

— От это ладно! — обрадовался воин, поправляя на себе сбившееся снаряжение. — Уж не чаял до весны домой вернуться.

Потом он повернулся в сторону леса и заорал:

— Яшка, Пантелеймон, идите сюда! С бояричем Гаврилой Афанасьевичем зимовать будете.

Гаврила с любопытством смотрел на служивых воинов и их холопов. Все постарше его, но не так, чтобы очень. Опытные вои не любят кости морозить и исхитряются миновать зимние месяцы службы.

— Здрав будь, Гаврила Афанасьич, — поприветствовали его Яшка с Пантелеймоном, а остальные вои с любопытством поглядывая на него, молча склонили головы.

— Я сам покажу наше житьё-бытьё, — захлопотал вокруг боярича Алексей.

Гаврила согласно кивал, когда Алексей показывал ему устроенные сторожки вблизи тракта, землянку для дворян и холопов, незамерзающий ручей и речку. Объяснял про припасы и рассказывал последние новости. Новичком Гаврила уже не был, но без старших оставался впервые и немного волновался. Яшка и Пантелеймон должны будут подчиняться ему, но всё же они служили поболе его,и значит, были опытнее.

— Прощай, Гаврила Афанасьич, — поклонился Алексей и лихо вскочив на коня, помчался в родную сторонку под светом звёзд.

— М-да, — высказался Бориска. — Хорошо, хоть дрова есть.

— Так мы сами их заготавливали для тех, кто зимой тут службу нести будет.

— Ох, чует моё сердце, что помёрзнем мы здесь.

— Не ворчи. Завтра обустройством займёмся.

— Это как же?

— Первым делом печку сложим, потом стены в землянках укрепим и баньку бы хорошо поставить.

По мере перечисления у Бориса глаза открывались все шире и шире.

— Это как же? — выдохнул он. — Сами, что ль?

— А почему нет?

— Не принято, — почесал голову дядька.

— Всё у нас есть, — хмыкнул Гаврила, обводя лес рукой."

"На следующий день боярич взялся за дело. На него и его дядьку посматривали с настороженностью, но когда поняли, что молодой воин знает, что делает, то стали помогать.

Первой на расчищенной площадке появилась печка, а вокруг неё выросла банька. Маленькая, и дерево на неё пошло не просохшее, но служивых из неё было не выгнать.