Бойся моего ада (СИ)

 — Вечером расскажешь?

— Постараюсь, — на этом я вышла за дверь и побежала в столовую.

* * *Я заскочила в столовую, но сразу почувствовала, как на меня обрушились сотни взглядов. Люди шептались, разглядывали меня с головы до ног. Большинство явно обсуждали мою внешность, сравнивая с Ашем.

Сквозь шум и шепот я заметила Эльзу, сидящую у окна. Сжимая в ладони вилку, она слушала то, что шептала рядом сидящая девушка, но, при этом, взгляда от меня она не отрывала. И смотрела так, что я кожей ощутила ледянное жжение.

Шумно выдохнув, я отвернулась и пошла дальше. Правда, практически сразу остановилась. Окинула взглядом очередь, которая так и не рассосалась, а казалось, стала еще больше, я осознала, что до обеда осталась без еды. Желудок при этом жалобно заурчал, а я поджала губы.

Казалось, что на нервах мне еще сильнее хотелось кушать.

Я вздрогнула, почувствовав движение рядом.

Я тут же ощутила то, что взгляды стали присиальнее, а шепот громче, но, смотря на брата, в растерянности могла думать о том, что это вообще несвойственно для него. Очередь в столовке была огромная, и этот жест был неожиданно заботливым для него. А затем Аш неожиданно растрепал мне волосы своей огромной ладонью. Хотя не делал подобного даже в детстве.

А мне почему-то еще больше стало не по себе.

9

Когда я, скрываясь и постоянно прячась, уже приблизилась к мужскому общежитию, тишина казалась оглушающей. Лишь мое сердце колотилось в груди, гулко отдаваясь в ушах, как будто готово было вырваться наружу. Прошмыгнув через боковой вход, я оказалась в нужном коридоре.

Остановившись перед его дверью, я все же заставила себя постучать, ведь другого выбора не имела, но изначально этим вообще ничего не добилась.

Брат был одет лишь в пижамные штаны и футболку. Волосы растрепанные. Мне вообще показалось, что Аш уже засыпал.

Значит, моего прихода он не ждал. А я, глупая, жутко нервничала. Боялась прийти или слишком рано или чересчур поздно.

— Я пришла, — нервно оглянувшись по сторонам, я поджала губы. Пока что коридоры были пустыми, но это совершенно не успокаивало.