Боярышня Дуняша (СИ)

Дуня не раз слышала, что брак Ивана Васильевича и Марии Борисовны был политическим и

что свекровь вынуждена была согласиться женить сына на тверской княжне. Какое-то время

всем казалось, что тихий и ласковый нрав невестки смирил Ярославну с нежелательным"

"родством, но Дуня своими глазами видела, что между женщинами идет вражда.

Казалось бы, всё неплохо. Ярославна подавила своим авторитетом невестку и осталась

главной, но третирование молодой княгини продолжилось. Мария Борисовна старалась угодить

свекрови, а Ярославна кривила лицо и бросала упреки, что невестка бракованная и не может

обеспечить княжескую семью достаточным количество сыновей.

Дуня не понимала старую княгиню. На её непредвзятый взгляд для Ярославны всё

складывалось отлично! Она главная в семье и сын её слушает, к тому же у неё растёт чудесный

здоровый внук, который продолжит дело отца по собиранию земель! Так чего же ещё надо

старой ведьме? Какие ещё наследники? Зачем?

Дуня кипела!

На эмоциях она много чего вспомнила из истории и ей хотелось высказаться, да так, чтобы

все услышали, чтобы все узнали и прочувствовали дурь и жестокость старой княгини, да и

вообще! Политика рожать больше, чтобы хоть кто-то выжил и унаследовал…

— Только держи в тайне наш разговор, — строго велела Аграфена и Дуня вновь обратилась

вслух.

— Прознает кто, не миновать беды! — зловеще добавила боярыня Ярославны и иронично

воскликнула, копируя кого-то писклявым голосом:

— Княгиня да к ворожее!

— Что ты, я всё понимаю! Спаси тя бог! — зачастила Наталия.

Дуняша уже не вжималась в угол. Она напряженно застыла, как кошка перед броском.

Как ловко Аграфена обработала Наталью!

Вот вроде бы Полуэктова образованная женщина… кхм, женщины, ведь Мария Борисовна

наверняка будет участвовать в этой афере, значит, обе они ввязываются в историю с ворожеей и

дают повод для шантажа. Ну не идиотки ли?

Дуня прислушалась и поняла, что тяжёлые шаги Аграфены удалились, а легкие

приближаются к ней.

она вышла и тихо позвала её.

— Наталия Алексеевна!..

Женская фигурка резко развернулась и словно бы через силу сделала несколько шагов по

направлению к Дуне.

«На деревянных ногах!» — подумала девочка, разглядев даже в слабом свете побелевшее от

страха лицо женщины.

— Я!

Обе молча смотрели друг на друга.