Безумная кепка Мономаха

Если приплатишь чуток, пригляжу за дитем. Своих мне, правда, господь не послал, но хитрость не велика, суп ребятам налью. Кстати, в Малькове или Пронькине уже по две тысячи просят, даже за осень. Ну? Так как?

– А у вас пьющих в семье нет? Простите, конечно, если оскорбила… – деловито осведомилась я.

– Никакой тут обиды нет, – мирно ответила Ирина. – Кому охота за свои кровные нервничать? Нет, сама я в рот не беру, а больше в избе никого.

Я с сомнением покосилась на Кононову, та неожиданно улыбнулась:

– Небось бабы тебе про меня невесть что натрепали: ходит, качается, иногда в овраг падает.

– Похоже, у вас тяжелая жизнь, – вздохнула я.

Ирина сложила руки на коленях.

– Да нет, как у всех. Уж извини, надо бы чаю гостье предложить, но заварка кончилась.

– Здесь есть магазин? – оживилась я.

– На станции, – кивнула Ирина.

– Вы не уйдете?

Ирина засмеялась.

– Так некуда.

– Сейчас вернусь, – пообещала я и ринулась к машине.

Через полчаса я принесла сумку, набитую продуктами. Ирина всплеснула руками.

– Ну, прямо Новый год!

– Надо же нам познакомиться, – приветливо закивала я, ставя на стол бутылку водки.

Ирина слегка нахмурилась.

– Ты чего, никак закладываешь? Тогда не пущу! Хватит, пожила с алкоголиками…

– Нет, нет, это для знакомства.

– Сказано, не пью.

– Я тоже.

– Зачем тогда пузырь?

– Ну… так положено.

Кононова решительно сунула водку назад в пакет.

– На, забирай, а за колбасу с сыром спасибо."

"– Крепко, видно, вас муженек достал, – сказала я, – даже смотреть на выпивку не можете.

Ирина налила в чашки кипяток и, тыча ложкой в чайный пакетик, тихо призналась:

– Да нет, муж мой как раз не пил. Это моя семья такая была, сплошь бухальщики. Алешка просто ничего делать не хотел, целыми днями спал.

– Зачем же в жены к нему пошли? – удивилась я.

Ира отложила ложку.

– Выбора не было, Олег до смерти забить мог. Знаешь, как я с родителями жила?

– Нет, конечно, – вздохнула я. – Тяжело было с ними, да?

Хозяйка отхлебнула чай.