Беременна не по правилам, или Цена одной ошибки

в период брака право пользования и проживания жилым домом, квартирами и домами в других странах. В случае расторжения брака право пользования названным жильем у Ладомирской Т. Ю. прекращается. При этом Ладомирская Т. Ю. обязуется в трёхдневный срок после расторжения брака освободить любое указанное жилье».

Те условия, которые я прочла дальше, вызвали во мне шок.

— Нет слов… — пробормотала я и не раздумывая дальше, скомкала этот дурацкий договор.

Неожиданно открылась дверь. Я раздражённо оглянулась.

— Ты вернулась совсем недавно. Почему так долго? — недовольство так и сквозило в его тоне.

Возвела очи горе.

— Руслан, ты опять включил режим тиранозавтра? — произнесла тоже недовольно и демонстративно сильнее скомкала брачный договор.

Он перевёл взгляд на измятый документ.

— Я задал тебе вопрос. И зачем ты это сделала с договором? Не могла просто сказать, какой пункт тебя не устроил?

Со стоном выдохнула и, не сдержавшись, кинула скомканные бумаги в грудь Ладомирского.

— Меня не устроили все пункты, — заявила ему, а потом добавила: — А вернулась я сразу, как завершила свои дела и замечу кое-что — Руслан, мне не нравится такой тотальный контроль с твоей стороны.

— Контроль нужен всегда, во всём и везде, — заявил он невозмутимо. — Для твоего же блага, Тамара.

— В брачном договоре прописано всё для твоего блага, Руслан, — парировала я.

— Всего лишь несколько пожеланий моей будущей жене, — хмыкнул он.

Я приоткрыла рот, но так ничего и не произнесла, потому что не знала, в каких более-менее культурных выражениях ему лучше возразить, но потом воскликнула:

— Тебе нужна не жена, а молчаливая хозяйка, секс-рабыня и робот в одном лице! Разве это справедливо?

— Тамара, не преувеличивай, — вздохнул он.

— Ну уж нет, Ладомирский Руслан Германович, — ткнула пальцем в его сторону. — Этот договор отправь в мусор и забудь о нём. То рабство я подписывать не собираюсь.