Десерт для герцога

Так почему я сейчас потеряла эту веру?

– Это точно? – так же, одними губами, поинтересовалась я.

За эти дни корабли пару раз проходили у горизонта.

– Бросает якорь, – сказал Эгберд.– Прибавил громче: – Налей еще пива, хозяюшка.

– Вы можете увести девочек?

– Не сейчас. – Он все так же, пошатываясь, направился к ближайшему свободному столу. Купец, что разговаривал со своими людьми, ушел наверх – беседа сразу стала оживленней.

Фил вынырнул из двери кладовой.

– Поднимись к девочкам, я тебе платок шелковый… – Он осекся, видимо, с лицом я не совладала.

– Кажется, здесь Гильем. Скажи сестрам, чтобы в зал не выходили и вообще на глаза не показывались. Когда все заснут, попробуем их увести.

– Куда?

Хороший вопрос. Когда Эгберд заходил с улицы, сумерки за дверью казались густо-синими. В чистом поле ночевать? Что лучше – попасть в зубы волку или в лапы работорговца?

Почему, ну почему я не настояла, чтобы младшие ушли в город к родичам?

– Да хоть к старой Берте. Дадите ей пару пенсов, приютит. Ночи еще лунные, дойдете.

– Я тебя не брошу. И у нас теперь есть чем ему заплатить, если добавить твое приданое и мои деньги.

Может быть, это и вариант.

– Мне надо подумать, – сказала я. – А пока пусть девочки не показываются.

Фил кивнул и исчез. Вовремя – снова открылась и закрылась дверь и появился Гильем, а с ним еще пятеро.

Он огляделся, ухмыльнулся мне.

– Смотрю, тут многое переменилось за две недели.

Глава 41

– Мы не сидели сложа руки. – Я растянула непослушные губы в улыбке. Встретилась взглядом с Эгбердом, и тот едва заметно покачал головой.

– Вы говорили, что трактир никогда не будет приносить денег, но ошибались.

Он хмыкнул.

– Думаю, дела мы обсудим не сегодня. Утро вечера мудренее и так далее. Так что дай нам комнату и еду. И… – Он всплеснул руками. – Сэр Эгберд?!

– Сэр Гильем, какая встреча! – просиял тот. Хлопнул ладонью по столу. – Присаживайтесь! Как здоровье графа Лайгона?

– Батюшка в добром здравии, благодарю, – ответил Гильем, и я едва не выронила кувшин с пивом.

Этот гад – мой дядя??? Интересно, знал ли он об этом, когда грозился продать меня? И если знал…

Ни с того ни с сего заныл ожог на предплечье, и я опомнилась. Даже если не знал, едва ли он воспылает ко мне родственными чувствами. Кто-то ради денег готов отравить родителей, кто-то – продать в рабство племянницу, вот и все. Ничего личного, просто бизнес."

"Повинуясь жесту Эгберда, я поставила им на стол кувшин с пивом и кружку для Гильема.