Баба Нюра в новом теле (деле) (СИ)

Я решила приоткрыть свои карты и увлекла её подальше от трактира. Когда мы зашли в пустынную подворотню, шёпотом спросила:

— Удалось что-то узнать у господина Троуда?

Она болезненно скривилась и, сжав кулаки, прошипела:

— Когда Эрик был в беде, мой бедный Филис рисковал положением в обществе, чтобы помочь ему доказать свою невиновность. Но сегодня этот прохиндей попросил меня не вовлекать его. Представляешь?

Она расхохоталась, и я с беспокойством уловила истерические нотки. Похоже, стальной эта леди лишь выглядела, а на самом деле страдала не меньше остальных, но скрывала это.

— Всё же что-то он сказал, — уверенно прошептала я, вглядываясь в лицо матери Ханны. — Так ведь?

Разумеется, я не собиралась открывать карты в качестве благотворительности. Пусть и моя сестра по несчастью пошевелит кормой. Ибо справедливость это второе имя кармы!

— У меня тоже есть чем поделиться, — намекнула ей.

— Сказал, — нехотя призналась Элиза и быстро осмотрелась.

Она поникла и тайком вытерла непослушную слезинку.

Я сунула руку в карман и заговорщически посмотрела на женщину:

— Возможно, сейчас мы это узнаем. Эту записку передал мне Нельс. Не ждите ничего особенного, это малюсенький клочок бумаги.

Вынула бумажку и развернула её. Мы обе склонились над короткой запиской.

— Почерк сына, — Элиза выхватила листочек и приблизила к глазам.

— Да уж, — огорчилась я. — То ли загадка, то ли пожелание жене быть добрее к окружающим. Я склоняюсь ко второму, потому что другу вашего сына послание досталось совершенно бесплатно, а наши деньги господин Ангрен проиграл в кости.

— Не думаю, что на пороге смерти муж написал бы жене подобную ерунду, — возразила Элиза.

— Почему бы нет? — не согласилась я. — Всё же трудно не признать, что характер у Мэйры не сахар.

Но, когда мы вернулись, оные члены говорили лишь об одном.

— Вы купили хлеба? — жадно спросила Мэйра.

— На какие деньги? — сухо уточнила Элиза, и она поникла, прижимая ладонь к животу.