Аравийская жемчужина

… А потом… Потом подняла глаза на него… И… заплакала… он навсегда запомнил то, как из ее глаз потекли слезы… Одна за другой… кап– кап… Он помнил, как они нанизываясь бусинами на длинные ресницы, а потом капали на щеки, стекая по ним бесцветным блестящими полосками…

Анвар оторопел и немного отстранился… Тогда еще он не был привычен к женским слезам… А Она вдруг протянула руки к его лицу, нежно погладила за скулы…

– Вы так похожи… Как же я хотела от него сына… Я так молила Бога… И он послал мне… Тебя… Мой мальчик… Я так мечтаю, чтобы ты был счастлив… Счастливее него… Я так и не смогла сделать его счастливым, хоть он так этого заслуживал… Заклинаю, будь счастлив…

Она отстранилась от него и убежала наверх, а Анвар так и остался ошарашенным посреди спортзала… В тот день в душе все перевернулось… С этого дня он больше не смотрел на Владу как на женщину… Он отпустил ее… Сделал то, что в свое время так и не смог сделать его отец, всю жизнь втайне страдая от этого… Анвар теперь был готов двигаться дальше, был готов к своей собственной истории, к своей собственной любви, хотя в его сердце и осталась безграничная привязанность к Владе и безмерное почитание…"

"Снова вернулся к настоящему… Горло болезненно ободрало разочарование.

Из сложившейся западни, если бы даже он и хотел разорвать весь этот фарс с Мадлен, у него действительно был только один путь–  в пустоту, забвение… Семья Увейдатов была для него всем, он попросту не мог их потерять… Да, он дружил и общался с Дибами, но те все равно держали почтительную дистанцию, особенно до тех пор, пока наследство не сделало его президентом семейного холдинга. Матери больше не было… Только они, Увейдаты, были его домом, его жизнью, его семьей и родиной… Васель заменял отца, от Влады исходила материнская забота, а их дети были и друзьями, и сверстниками, и родственниками одновременно… И он не мог лишиться этого… Ни за что… Никогда…

Мадлен

Анвар так и сидит, смотрит в одну точку. Видит боковым зрением, как по аллее идет одинокая женская фигура, резко поворачивает голову и встречается глазами с Мадлен.

Девушка дергается, отскакивает в сторону, желая скрыться за кустарниками, но он не дает. Окликает ее.

– Маду, выходи. Я тебя видел. Не к чему этот цирк… Уже и так отгастролировали с тобой по полной…

Мадлен медленно снова выныривает из– за живой изгороди. Подходят с Анваром друг к другу. Она отводит глаза, не смотрит на него…

– Сначала решил, что это ты меня так «отблагодарить» захотела. В ярости был нечеловеческой.