Аравийская жемчужина

Как– то горько, обреченно…

– У меня вопрос, Фахд… Все это… было подстроено? Специально? Решил так затащить меня под венец?

– Что значит «подстроено», Амаль? – нетерпеливо выдохнул он, – я тебе уже говорил, про бурю я не знал… Не знал, что мы здесь зависнем на ночь… Да, я хотел организовать тебе красивое, незабываемое свидание, хотел видеть тебя своей невестой, одеть на тебя кольцо, чтобы все знали– ты моя и обещана мне, сделать все это уважительно, официально, как положено… а то, что произошло– прямое свидетельство того, что и ты этого хотела, хоть, возможно, и боялась себе в этом признаться… Найденные здесь презервативы– перестраховка… Как оказалось, очень правильная… Я пока не хочу детей… Вернее, я хочу от тебя кучу детей, но не сразу… Нам еще нужно насладиться друг другом.

После того, как все формальности будут утрясены, тебя навестит доктор и подберет оптимальный вариант предохранения в виде таблеток. Чтобы никакие резинки впредь мне не мешали чувствовать твою плоть…– Плотоядно облизывается.

– Ты обманул меня…– отвечает горячо, порывисто, задыхаясь от эмоций…– я… я не была готова к такому…

– Нет, – жестко отрезает он, –  ты сама под меня легла. Добровольно. Сама сказала: «Да». И не вздумай винить себя за это. Не надо вообще сейчас включать этот тупой бред в стиле «обманул, взял, воспользовался».

Мы оба хотели этого! Мы взрослые люди, Люльти! Между нами нереальное притяжение, почти животное, и это просто замечательно… В тебе столько страсти, что у меня яйца скручивает от одной только мысли об этом… Ты оказалась даже горячее, чем я рассчитывал… Мы идеально подходим друг другу, Амаль. Послушай, опытного человека… Это ключевое в отношениях. И… это приятная неожиданность, скрасившая факт того, что тебя успел попробовать Диб…– на последних словах его лицо помрачнело.

Амаль резко дергается, как от тока, слыша знакомое имя… Ее глаза наполнились болью и даже немного увлажнились. Так значит, он все знает…

– Так зачем тебе… использованная, порченая?

Он серьезно посмотрел на девушку, между бровями пролегла едва заметная морщинка, сразу прибавившая ему в возрасте.