Аристократ для пышечки

 — Вы обещали помощь. Я согласен.

Андрей уселся на кожаный диван и выложил свою версию их с Таней романа.

Когда рассказа закончился, повисла гнетущая тишина на долгие десять минут.

— И какую помощь вы надеетесь получить?

Андрей сглотнул и почти физически ощутил, как ускользает последняя надежда на счастье. Своим вопросом отец Алексей поставил его в тупик. В глазах как-то нехорошо защипало. И правда, на что он надеялся, что тот пойдет к Тане и сделает все за него?

Андрей опустил голову, уткнувшись лбом в сцепленные пальцы, локти упираются в колени.

— Любую, — выдавил он.

И снова молчание.

— В отличие от моей жены Екатерины, которая, между прочим, родная сестра Петра, — Андрей вздрогнул, — я никогда особенно не был в восторге от предстоящего союза. Я знаю их обоих гораздо лучше, чем окружающие. Со стороны очень красиво и удачно их поженить. Наши дамы такие романтичные, их хлебом не корми, дай кого-нибудь сосватать. Я знаю внутреннее содержание идеи. К сожалению, сказать не могу.

Что касается себя, Андрей сразу понял, что имеется в виду, но на счет Тани, как-то не получалось."

"— Как же убедить Таню, если даже я сам не верю, что со мной ей будет лучше, чем с Петром?

Отец Алексей потер переносицу. Как бы объяснить свою позицию, чтоб не нарушить тайну исповеди?

— Отсюда возникает несколько вопросов: первое, чего ты сам хочешь? Второе, на что готов? Третье, а достаточно ли этого Татьяне? Готов ответить на них?

Андрей не обратил внимания, что собеседник перешел на «ты», погружен был в свои мысли.

— Я готов на все, только что нужно Тане? Думаете, предложения выйти за меня, будет достаточно? Почему я сомневаюсь? Опять же, как быть с Никой? Если я сейчас разорву отношения, ее здоровье будет под угрозой, плюс она точно не допустит меня к ребенку.

Отец Алексей почесал затылок. Потом молитвенно сложил руки и закрыл глаза. Он как будто решался на что-то и перед этим молился.

— Андрей, тебе не кажется, что тобой искусно манипулируют? Если ребенок твой, то ты сможешь с ним общаться независимо от воли матери.

Андрей опешил.

— Я как-то раньше считал, что церковь за семейные узы.

Тот тяжело вздохнул и Андрей понял, что разговор ему дается нелегко.