Анжелика и принц

- Ничего, так даже и проще. Припугните его этими сведениями, и не забудьте сказать, что королева-мать тоже вскоре всё узнает. Если он не вполне идиот - то на него подействует.

А утром они, всё же, собрались, и отправились прочь из замка.

Ехать нужно было дней восемь. Погода стояла чудесная - никакого дождя, днем - тепло и солнечно, ночью тоже нормально. У них было всё то, что Лика любила, да и Жанно тоже, и Марсель - сидеть вечерами с гитарой, варить еду на костре, а утром - кофе на магическом огне. А днём - ехать верхом на Рыжике рядом с Жанно.

Маленьким отрядам они были не по зубам, а большие им, к счастью, не встречались.

Ехать оставалось ещё дня три - до окрестностей замка Безье. Поэтому ехали, не скрываясь, а на обед остановились у небольшой речки.

Жанно позвал Лику купаться - чего нет-то? Купаться с ним всё ещё весело, и радость эта пока ещё никуда не девается. И хорошо. Лика очень боялась, что всё изменится, и не к лучшему - потому что у всех меняется, исключения редки, и с чего она должна стать тем исключением?

Но пока они выкупались, обсохли, оделись и неспешно шли к остальным, Жанно уже связался с Марселем и сказал, что они идут, и пусть остальные тоже собираются.

Странный блеск в кустах на берегу они увидели оба, разом. И пошли посмотреть -осторожно, крадучись. Это не был блеск металла, это было что-то другое. Но что может быть в этих глухих местах, здесь нет даже разбойников, думала Лика. Ровно до тех пор, пока какая-то неведомая сила не подхватила её и не потащила куда-то, лишая сознания.

Она пришла в себя неизвестно когда и неизвестно где. Откуда-то пробивался серый свет, под спиной и под затылком ощущалось что-то жесткое. Лика завертела головой и поняла, что у неё совсем нет сил, и что она полностью лишена магического зрения, слуха и всех прочих возможностей. Она попробовала пошевелиться - и оказалось, что левую щиколотку охватывает грубое металлическое кольцо. Судя по звуку, от этого кольца тянется цепь - куда-то.

Шевеление рядом напугало её до чертиков, но потом она услышала и узнала сдавленное ругательство.

- Жанно, хороший мой, что с нами, где мы? - она сама не ожидала, что её голос прозвучит так жалобно.

- Я бы знал, розочка моя, так сказал бы непременно, - ответил он тихо и ласково.

Потянулся к ней рукой - но они могли соприкоснуться только ладонями. Её правая ладонь

- и его левая. И всё. На большее их цепей не хватало.

Каждый из них мог вставать, садиться, ложиться обратно, но - в своём углу, видимо, подвальной камеры.