Алмазная колесница. Том 2

Заклинило? Не беда, пробить японскую перегородку нетрудно.

Размахнувшись, вице-консул ударил по соломенной поверхности кулаком – и вскрикнул от боли. Ощущение было такое, словно стукнул рукой по железу.

Сзади что-то скрежетнуло. Эраст Петрович развернулся и увидел, как из стены выезжает ещё одна перегородка, замкнув его в тесном квадрате меж двумя комнатами, которые (он обратил на это внимание лишь теперь) тоже были закрыты.

«Ловушка!» – пронеслось в голове у титулярного советника."

"Он рванул левую дверь – безуспешно, правую – то же самое.

Заперли, как зверя в клетку!

Но у зверя были клыки. Фандорин выхватил свой семизарядный «герсталь» и завертелся вокруг собственной оси, уверенный, что одна из четырех дверей сейчас откроется, и за ней окажется враг. Он даже знал, как этот враг будет выглядеть: в чёрном обтягивающем наряде, с маской, закрывающей всё лицо, так что видны только глаза.

И он в самом деле увидел чёрного человека без лица, но не там, где ждал. Озираясь по сторонам, титулярный советник задрал голову – и обмер.

Эраст Петрович вскинул руку с револьвером, но пуля ударила в доски – невообразимо быстрым движением синоби вцепился дипломату в дуло и успел отвести его в сторону. Хватка у человека-паука была мёртвая.

Внезапно пол под ногами Фандорина провалился, и титулярный советник, зажмурившись, рухнул вниз.

Упал Эраст Петрович мягко – кажется, на подушки. Открыл глаза, ожидая, что окажется в темноте, но в подвале горела лампа.

Напротив оглушённого падением Фандорина, подогнув ноги, сидел сухонький старичок, курил длинную трубку с крошечным ковшиком на конце.

Выпустил голубоватое облачко, сказал:

– I wait and you come [42].

Прищуренные глазки открылись пошире, блеснули неистовым пламенем, будто два раскалённых угля.

Дерево – огонь —Уголь – время – диамант.И – колесница.Смерть врага

В отличие от комнат, которые Фандорин видел наверху, подвал выглядел обжитым и по-своему даже уютным. По полу действительно были разбросаны подушки, на лаковом столике дымилась чашка чаю, а за спиной у страшного старичка висела картина – портрет воина в рогатом шлеме, с луком в руках, в зубах зажата стрела, сверкающие глаза грозно устремлены в небо.