Только не плачь

— Ничего. Потерпишь. Он тебя бесит, а ты ему улыбайся. У него руки из жопы и гвоздь нормально вбить не может, а ты его хвали. Он орет на тебя, а ты ему кружечку ароматного кофе.

— Если только яду!

— Можешь плюнуть и хорошенько размешать, если уж очень хочется. Главное с заботливой улыбкой. Сама не заметишь, как, он начнет у тебя с рук есть.

— Нет спасибо. Такой с пальцами отгрызет.

— Ты не права, Вероника. Хитрее надо быть. Изворотливее. Женскую мудрость наравне с красотой не даром оружием считают. Ничего не изменится и не наладится, если ты будешь в углу сидеть и титьки мять.

Надо действовать, незаметно, планомерно, заменяя его удобство своим.

— Не выйдет."

"Почему-то я была уверена, что Кирилл любой обман, любую игру за милю почувствует. Он сам манипулятор, и сразу поймет, когда кто-то попытается манипулировать им самим.

— Тогда уходи.

— Легко сказать, — проворчала я, — он не отпустит.

— Тогда, тебе надо все хорошенько обдумать.

Можно подумать, я не пыталась. Да голову уже всю сломала, в поисках спасительной лазейки.

— Обдумать и действовать!

— Непременно!

В общем я послушала советы Леночки, повозмущалась, потом покивала, а потом благополучно выбросила их из головы, как особо бесполезные.

* * *В пятницу вечером Кирилл и его друзья — Эд и Леха, засели в кабинете. Что-то смотрели, ржали, как ненормальные, а я тихой мышью сидела в гостиной, стараясь не привлекать к себе внимания.

Впрочем, обо мне никто и не собирался вспоминать. Им и без меня было хорошо и весело, особенно когда еще две девки пришли.

Одна крашеная блондинка, с огромными, как у коровы, глазами, и таким же необъятным выменем. Вторая — юркая, мелкая брюнетка, которая прошлась по квартире, восторженно осматриваясь и засовывая свой любопытный нос во все щели. Когда она увидела меня — с книгой в кресле у окна, ее густо накрашенная физиономия сморщилась, как засохшая слива. В мою сторону полоснуло такой ревностью, что волосы на загривке зашевелились. Пигалица тут же ускакала к остальным и больше носа в гостиную не показывала, а я невесело усмехнулась.

Эх, милая, зря ревнуешь, я бы с радостью отдала тебе этого мерзавца. Забирай, не жалко. Я б тебе за это даже приплатила. Если бы не задолжала уйму миллионов.

Я еще немного посидела, пытаясь вникнуть в книгу, но, когда по пятому кругу прочитала одно и то же предложение, поняла, что все это бесполезно. Сосредоточиться на тексте не получалось, вместо этого я прислушивалась к тому, о чем они говорили.