Звездная Кровь

Гай, уже наполовину облаченный в тускло-серую пласталевую броню — я узнал солдатский «Гардиан», но боже мой, побитый и поцарапанный так, будто прошел сотню стычек, бросил Рэнди свою импульсную винтовку, Граю протянул «Суворов» и высыпал на землю груду зеленых металлических цилиндров. Явно земного производства, пластиковый колпачок, черная маркировка на боку. Один подкатился ко мне — дымовая шашка. Так…

И Марк, и Свирель активировали свои рунные круги. Они, вероятно, не догадывались, что я прекрасно видел их манипуляции.

Полностью сменив экипировку, Гай стал напоминать футуристического рыцаря. Здоровенный, почти квадратный, он был вооружен технокопьем с вибрационным лезвием — зверская штука, способная резать камень и металл, а уж человека располовинить быстрее, чем он успеет сказать «ах»! Обернувшись к нам, Гай обвел всех суровым взглядом и произнес только:

— Не дрейфить.

После чего наш лидер надел глухой шлем, вышел на склон и не особо торопясь, спустился вниз.

Боец противника появился почти одновременно — видимо, уже ждал этой минуты в тени деревьев. Подсознательно я ожидал увидеть ту девушку-Восходящую, но это был молодой мужчина, с проворством тигра прыгающий по камням. Темноволосый, очень бледнокожий, ловкий и мускулистый. В отличие от нашего воина, на нем вообще не было доспехов — только облегающие серые штаны да металлическая бляха на груди.

— Зирдан Хвост Акулы, — без всякого выражения процедил Марк, — Третий сын рикса Мертвой Рыбы. Говорят, хорошая бронза.

Воин Народа Реки (если я правильно понял название племени дикарей из разговоров моих спутников), казался безоружным, однако в кулаке сжимал нечто вроде серебряной трубки. Боец врага взмахнул ей, перекрестив воздух, и стало заметно полупрозрачное мерцание, исходящее из этой штуки.

— Плоскостной меч, — выдохнула Свирель, — Дьявол!

— Гай должен справиться, — спокойно произнес Марк, — Но будьте наготове…

Все и так были на взводе, вооруженные и направившие оружие в сторону нависающего над противоположным берегом леса. Даже йурр, чувствуя человеческое волнение, замер у меня за пазухой, прекратив возиться и попискивать.