Золушка для снежного лорда

На очередном допросе Гидеон даже предложил прибить бедолагу, чтоб не мучился, но «демон» напомнил, что поделился важными сведениями и неплохо бы проявить немного ответной благодарности.

Умирать он не хотел, поэтому с каждым днем становился все более мрачным и замкнутым. Но отпускать источник иномирной информации совет милордов во главе с регентом тоже не желал. Сегодня же в снежном крыле и вовсе ожидались высокие гости из крыльев света и тьмы, которым наверняка потребуется переводчик для общения с порождением изнанки.

Так что Гидеон вместо дежурства, на которое ушла его группа, торчал в тренировочном зале, дожидаясь вызова к миледи, что в общем-то и неплохо, потому что отношения с предводителем пятерки у Рида в последнее время сильно накалились.

В том, что касалось работы, разногласий у них, как и раньше, не было, но вопрос личной жизни встал ребром, потому что оба друга увлеклись одной девушкой. И несмотря на то, что предсказание Сноуриша относительно Дигрэ и леди Андервуд по-прежнему было в силе, Гидеон уступать Гертруду Кайлину не собирался.

Но и друг не был намерен отступать. Он каждый вечер навещал Хельгу, у которой в это время обычно бывала старшая сестра, присылал бывшей экономке подарки и упорно звал на свидание, рассказывая сказки о серьезных намерениях. Девушка же в силу своего нескандального характера вежливо улыбалась в ответ и ссылалась на сильную занятость уроками Чарчиса, что, кстати, было правдой. Хотя для общения с Ридом и Хель в плотном графике занятий Герта всегда находила время.

Лорд пытался откровенно поговорить с Кайлином, чтобы тот оставил в покое его фею, но друг, продолжая обхаживать девушку, ответил, что в любви, как на войне, все средства хороши. И Гидеон принял вызов, сказав, что если кто-то особо твердолобый не способен пожертвовать своей прихотью ради друга, то вряд ли этот кто-то действительно достоин эскалибриума, а значит, на испытаниях каждый будет сам за себя, а не страховать друг друга (вернее, Ги Кайла), как планировалось ранее.

И пусть от такого заявления веяло шантажом, пусть… Дигрэ сам вынудил Рида прийти к этому решению своим нежеланием оставить в покое девушку, которую мужчина уже считал своей.

Определившись с приоритетами, Гидеон начал активно тренироваться, не столько из желания действительно лишить друга приза, сколько собираясь потрепать ему нервы так же, как поступал он, продолжая подбивать клинья к Гертруде.