Злодей не моего романа

Внутри сумочки все щелкало, хрустело и разлеталось по салону, только было не до материального ущерба. В деле спасения собственной жизни любой подручный предмет – оружие. Рожа явно не собиралась проигрывать бой кожаной сумочке, как вдруг все прекратилось. И справа, и слева, и спереди исчезли враждебные элементы. Пассажирскую дверь рывком распахнули. Я взвизгнула и прижалась спиной к панели. Серо-желтые глаза обеспокоенно изучали мое лицо. Я расслабилась, растекшись лужей по водительскому сиденью. Кричать «кто», «что», «где», «когда», а главное «почему», излучая праведный гнев, не было никаких сил.

Рик ухватил меня за лодыжки и аккуратно (надо же) подтянул к себе поближе, взял на руки, вынул из машины и побрел к забору. В калитке стояла женщина.

– Эрик, прости, они молодые. За машину мы заплатим.

– Да. – Ледяные нотки в его голосе не предрекали хорошего настроения как минимум на ближайшие часы.

– Они только попугать. От тебя вампиром пахнет. Говорю, молодые еще, глупые, – продолжала извиняться женщина, пропуская нас во двор и запирая калитку.

– Это успокаивает, – промямлила я. – Вы передайте, что они напугали. Очень. Меня, а Ripani убили.

– О, мне так жаль. Это ваш друг? – искренне расстроилась женщина.

– Нет, это лучше чем друг…

– Мэл, это сумочка, не слушай ее. Она не в меру болтлива, – отрезал Рик.

Пустое небо над головой – никаких посланий! – сменил потолок.

– Сюда, – прощебетала женщина. – Клади сюда.

Я краем глаза увидела мягкий диван.

– Не нужно. Я подержу.

– Сильно пострадала девка? – раздался поблизости мужской грубоватый голос.

Обернулась. Меня внимательно изучал седеющий бородатый дяденька неопределенного возраста.

– Нет, – отрезал мой злодей. – Продолжим. – Он сел на стул, по-прежнему держа меня на руках. – Договоримся так. Ты уверен, что это не стая? Всегда есть одиночки. Я оставлю фотографии и ткань с запахом. Постарайтесь найти. Нельзя позволить кому бы то ни было грызть безнаказанно направо и налево из жажды убийства.

На руках у Рика было поразительно приятно сидеть, словно оказалась на своем месте.

– Ты куда? – удивился панк.

– На диван. – Умница, Леночка. Прозвучало красиво, по-королевски.

– Уверена?

Я кивнула. Он пожал плечами, разжал руки, позволяя мне совершить задуманное, и как ни в чем не бывало вернулся к прерванной беседе.