Жребий Салема

На улице было темно, и, потянувшись за будильником узнать, который час, он случайно уронил его на пол. Бену стало не по себе.

– Кто там? – крикнул он.

– Это Ева, мистер Миерс. Вас к телефону.

Он встал, натянул брюки и открыл дверь. Заспанная Ева Миллер в белом махровом халате выглядела встревоженной. Они посмотрели друг на друга, и он подумал: «Кто-то заболел? Или умер?»

– Звонят по межгороду?

– Нет, это Мэтью Берк.

Однако это известие его отнюдь не успокоило.

– Сколько сейчас времени?

– Пятый час.

Мистер Берк очень взволнован.

Бен спустился вниз и взял трубку.

– Мэтт, это Бен.

Мэтт дышал с таким трудом, что было слышно даже в трубке.

– Вы можете приехать, Бен? Прямо сейчас?

– Ладно. А что случилось? Вы заболели?

– Не по телефону. Просто приезжайте!

– Буду через десять минут.

– Бен?

– Да?

– У вас есть распятие? Или медальон святого Христофора? Что-нибудь в этом роде?

– Черт, нет! Я баптист. В смысле был баптистом.

– Не важно! Приезжайте, и поскорей!"

"Бен повесил трубку и быстро вернулся наверх.

Ева стояла, опираясь на перила: на ее лице была написана тревога и нерешительность. С одной стороны, ей хотелось узнать, что случилось, а с другой – она не желала вмешиваться в дела постояльца.

– Мистер Берк заболел, мистер Миерс?

– Говорит, что нет. Он просто попросил меня… Скажите, а вы католичка?

– Мой муж был католиком.

– У вас есть распятие, или четки, или медальон со святым Христофором?

– Ну… в спальне есть распятие мужа… я могла бы…

– Я вас очень прошу!

Она направилась по коридору, шаркая шлепанцами по вытертому ковру.

Бен вернулся в свою комнату, натянул вчерашнюю рубашку и сунул в туфли босые ноги. Когда он вышел, Ева уже ждала в коридоре с распятием в руках, тускло отсвечивавшим серебром.

– Спасибо, – поблагодарил он, забирая распятие.

– Это вас мистер Берк попросил прихватить?

– Да.

Она нахмурилась, теперь уже окончательно проснувшись.

– Но он не католик! Да и в церковь, по-моему, не ходит!

– Он не стал ничего объяснять.

– Ясно, – понимающе кивнула Ева. – Пожалуйста, обращайтесь с распятием осторожно. Оно мне очень дорого как память.

– Обещаю, – заверил он.

– Надеюсь, что с мистером Берком все в порядке. Он хороший человек.

Бен спустился вниз и вышел на крыльцо. Распятие он держал в правой руке. Чтобы было удобно достать из кармана ключи от машины, Бен не стал перекладывать его в левую руку, а повесил на шею.