Жестокий мир мужчин

 – Сейчас бы его талант раскрылся по-настоящему…

– Вы всерьез считаете, что это так? – попробовала я внести ясность. – Вы хорошо относились к Андрею, а когда человек тебе близок и дорог, трудно объективно оценить его способности.

– Я в него верила, – грустно сказала Татьяна. – Я верила. И если бы… если бы я была рядом, если бы только он этого захотел… Извините. – Она отвернулась, а я окончательно растерялась. Уйти было неловко, а то, что время я трачу впустую, стало совершенно ясно.

Все-таки я попробовала вернуть разговор к интересующей меня теме.

– Вы сказали, что еще тогда были уверены, что Илья не убивал. Почему?

– Потому что я видела настоящего убийцу, – удивилась она.

Кажется, я вытаращила глаза.

– Вы? Видели?

– Да. И пыталась рассказать об этом в милиции. Только меня никто не хотел слушать.

– Я вас слушаю с большим вниманием, – торопливо заверила я. – Кого же вы видели?

– Гаврилова, разумеется.

– Вы видели в ту ночь Гаврилова в доме Андрея? – уточнила я, силясь понять, что, черт возьми, происходит: то у меня не было ни малейшей зацепки, позволяющей выйти на убийцу, то претенденты стали возникать один за другим.

 – Вы не могли бы рассказать об этом поконкретней?"

"– Все очень просто. Я следила за ним. Я имею в виду Андрея. У него был роман с этой девицей, Наташей. Помните ее: королева красоты… Господи, даже самые умные мужчины в сущности дети. Обожают красивые игрушки. Крашеная стервозная девица с оловянными глазами. Андрей увлекся. Я знала, что это не продлится долго, такое и раньше случалось, он влюблялся, пылал страстью, а потом понимал, что это вовсе не так серьезно, как ему казалось вначале, и возвращался ко мне.

Все великие художники грешили непостоянством. Я относилась к этому с пониманием. И все же… знаете, как бывает… Они расстались, она, конечно, сразу же нашла замену Андрею и не придумала ничего лучшего, как кинуться в объятия его друга. Вы, наверное, знаете, она ушла к Гаврилову. А потом… что-то у них произошло и… я снова застала ее в студии Андрея… В общем, это было ужасно, и я… я, кажется, ее ударила, а Андрей выгнал меня. На следующий день мы обсудили ситуацию, и он поклялся, что ноги этой девицы в его доме больше не будет. Я всегда ему доверяла, но… Я тогда поздно возвращалась домой, ехала в троллейбусе, смотрела в окно и вдруг увидела ее. Она шла по направлению к дому Андрея. Я выскочила из троллейбуса на первой же остановке и кинулась к нему. Свет в его окнах не горел, я устроилась во дворе напротив и стала ждать.