Зефир в шоколаде

Ни одной новой: свадебная, уже успевшая потускнеть, где отец ещё молодой и подтянутый, таким я его почти не помнила; на другой Алиса, совсем ребёнок, девочка лет пяти, с букетом ромашек в руках; и на третьей она же, но уже повзрослевшая, в платье в пол, видимо, на школьном выпускном. Я дотронулась до одного из снимков, зачем-то передвинула, а потом резко отвернулась.

— Он здесь жил?

— Последние полтора года практически постоянно. С Мариной они не ладили.

— Ничего удивительного, — негромко проговорила я.

Антон услышал и переспросил:

— Почему?

— А какой жене понравится, что муж обустроил себе гнёздышко в таком месте, как «Чёртово колесо»? И ты сам мне говорил, что у него была любовница из здешних.

Антон хмыкнул.

— Ты сочувствуешь Марине.

— А почему я не могу ей сочувствовать чисто по-женски? Измены мужа никого не могут сделать счастливыми.

На это Антон отвечать не стал, по гостиной прошёлся, но я понимала, что он продолжает за мной наблюдать.

— Это теперь твой номер. Можешь, здесь всё переделать.

Я обернулась, взглянула непонимающе.

— Зачем он мне?

— Ты не хочешь?

— Ты думаешь, я стану часто здесь бывать?

— А вдруг?

— Вряд ли. К тому же, ты сам говорил, что хочешь купить мою долю.

— Это неважно.

— Этот?

— Ты чувствуешь себя неловко здесь? Лера, мы всё переделаем.

Я обвела взглядом гостиную, взгляд поневоле остановился на письменном столе, на связке ключей, и я головой покачала.

— Я бы предпочла, чтобы всё осталось, как есть. По крайней мере, на какое-то время.

Антон проследил мой взгляд, затем кивнул, соглашаясь.

— Хорошо.

А когда мы спускались на лифте в ресторан, он спросил:

— Ты расстроилась?

Я тут же покачала головой.

— Нет. Меня больше удивляют детали его жизни, чем расстраивают. Просто эти ключи на столе… Это он их оставил?

— Он. Я запретил горничным что-либо трогать. — Я всё-таки вздохнула, а Антон неожиданно меня обнял. И умиротворяюще проговорил: — Ладно, не грусти."

"Наверное, он ждал, что я прильну к нему, в попытке излить на его широкое сильное плечо свою печаль, он даже по спине меня погладил, тем самым привлекая к себе ещё ближе.