Зефир в шоколаде

Загорелая, с новой причёской, которую мне сделали в Европе, в дорогом платье (по крайней мере, по моим представлениям, стоило оно весьма дорого, уж не знаю, что такая сумма значила для Марины Леонидовны).

Поздоровалась вежливо.

— Здравствуйте.

Марина шагнула к ограде, спросила вроде бы между делом:

— Что ты здесь делаешь?

Я посторонилась, давая ей возможность пройти к могиле.

— Захотелось приехать, — ответила я.

— Часто приезжаешь?

— Нет… Первый раз приехала.

Марина кивнула, вроде бы соглашаясь. А потом указала рукой на мужчину.

— Вадим Владимирович будет заниматься памятником.

Я посмотрела в его сторону, кивнула. Но этот мужчина меня нисколько не волновал.

Марина прошла к могиле, принялась цветы в вазах поправлять. Оглянулась на меня через плечо.

— У тебя нет никаких предложений?

— По поводу памятника? Нет, никаких… — И продолжила с решительностью. — Я уверена, что всё получится замечательно. — Не совсем то слово, но что сделать, если оно уже вылетело? — Я, пожалуй, пойду. Не буду вам мешать обсуждать… Всего хорошего, Марина Леонидовна.

Я с чувством облегчения поспешила по песчаной дороге, проклиная свои босоножки, была уверена, что смогла уйти без последствий, но Марина меня вдруг окликнула.

— Лера, подожди. — Пришлось остановиться и сделать пару шагов назад, поджидая её. Марина подошла ко мне, отряхнула руки, сощурилась на солнце, глядя в моё лицо. — Мне вдруг пришло в голову, что мы с тобой не виделись давно. С того самого ужина. — Вспоминать о том ужине мне было неприятно, и я не знала, в какую сторону глаза отвести.

— Спасибо.

— Как семейная жизнь складывается?

— Хорошо.

— Правда? — Она, кажется, не поверила, посмотрела на меня так, будто уличала меня в обмане. Но Марина тут же постаралась исправиться. — Не пойми меня превратно, просто я давно знаю Антона. Он человек неплохой, но что-то мне подсказывает, что твой отец не одобрил бы твой выбор супруга. А вы так быстро поженились. Что это было?

Я решила отшутиться, попытку сделала.

— Антон говорит: вспышка.

— Ах, вспышка. — Вздёрнула идеально выщипанные брови. — Страсти или любви?

Я начала злиться и сказала:

— И того, и другого.

— Тогда я рада, за вас обоих. Ты не подумай, я не имею в виду ничего плохого. Свою дочь я предостерегала точно также. Антон — мужчина завидный, во всех отношениях. Устоять перед ним трудно, какая женщина в это не поверит. Так что, я за тебя рада. Если это то, чего ты хотела.