Зефир в шоколаде

А потом принимала поздравления, и видела слёзы в глазах мамы и бабушки, они искренне радовались за меня, а я всё смотрела и смотрела на своего новоиспечённого мужа. Антон выглядел довольным. Он стоял от меня в нескольких шагах, слушал Соловьёва, а затем рассмеялся и хлопнул его по плечу. А Виктор вдруг перехватил мой взгляд, сказал что-то Антону и тот немедленно обернулся, нашёл меня глазами. Я стояла в белоснежном платье, отделанном кружевом, с высокой причёской с вплетёнными в неё цветами, с букетом и в окружении родственников, и, кажется, продолжала улыбаться.

Не могла за это поручиться, мне так казалось. А смотрела на него. Не боялась, не раскаивалась, и предчувствий у меня никаких не было. Я просто смотрела на Антона, и именно в эту секунду, в это мгновение пожелала себе сил и терпения справиться со всем, что меня ждёт рядом с этим мужчиной. Справиться и стать счастливой.

10"

"Я сидела на маминой кухне, мотала ногой и грызла морковку. Грызла просто для того, чтобы чем-то занять свой рот и постараться маме не возражать, когда она рассказывала мне, как неправильно мы с мужем живём.

Что езда по Европе — это не семейная жизнь, что излишества, в кои входит моя новая машина (между прочим, подарок Антона на свадьбу), могут привести к плачевным результатам, и вообще, привыкать к подобному не стоит, потому что жизнь — штука непредсказуемая, а Антон меня явно балует. Я не видела в этом ничего страшного и удивительного, в конце концов, мы молодожёны, но маму всё это пугало и настораживало. Хотя, пугали её, скорее, деньги, которых у Антона было больше, чем я, при всех своих стараниях, могла потратить. Три месяца назад, став законной женой Антона Бароева, и получив на руки банковскую карту, я, не зная, что с ней делать, кроме как покупать себе одежду, которой у меня, в принципе, и без того достаточно, я принялась покупать подарки маме и бабушке. Я радовалась тому, что могу это сделать, купить им что-то, на что раньше нам пришлось бы долго копить, но почему-то радовалась я одна. И если бабушка от растерянности заохала, заполучив стиральную машину-автомат, то мама, глядя на обновлённую кухню в своей квартире, почему-то нахмурилась, а мысленно переварив подарок, и начала предрекать мне неприятности. Я не понимала, почему она это делает. Она, можно сказать, благословила меня на борьбу за наследство отца, а теперь сама, судя по всему, этого испугалась.