Затаенная страсть

– Скоро ожидается приезд германского кронпринца, – сообщил Жюстен. – Насколько мне известно, он не питает особых симпатий к своему дяде.

– К своему дяде? – рассеянно переспросила Шарлотта, чьи мысли были далеко от светских сплетен.

– Принцу Уэльскому.

– Вот как, – коротко обронила Шарлотта и вновь замолчала. Она ничего не знала о родственных отношениях членов королевских домов Европы. Ее мысли были заняты куда более низменными делами. Каким образом вернуться в Англию, где найти работу, как тяжело жить одним днем…

Ландо остановилось у входа в отель.

Жюстен спустился, чтобы помочь ей выйти, и дольше необходимого задержал ее руку.

– Если я понадоблюсь вам, Шарлотта, буду счастлив помочь.

Шарлотта поколебалась. Искать помощи у графа де Вальми означает потерять честь в объятиях человека, которого она не любит.

Брови рассыльного поднялись. Визиты мадемуазель Грейнджер в отель становились на удивление регулярными.

Подойдя к стойке портье, Шарлотта мило улыбнулась и попросила доложить мадемуазель Бернар о ее приходе.

Портье с сожалением покачал головой. Скромная англичанка с мягкой нежной улыбкой завоевала сердца всего штата слуг. Но помочь ей они не могли. Мадемуазель Бернар прибыла всего несколько минут назад, поспешно сменила траурное платье на туалет, более подходящий компаньонке князя, и поспешно покинула отель, окутанная мехами, в облаке духов, под руку с будущим правителем Англии.

Но Шарлотта отказывалась признать поражение. Становилось все яснее, что, пока Эдуард, принц Уэльский, находится в Монте-Карло, встреча с Сарой вряд ли возможна.

Значит, следует привести в исполнение второй план. Попросить у леди Пителбридж позволения сопровождать ее в Англию в качестве компаньонки.

Леди Пителбридж изумленно воззрилась на лакея, сообщившего, что мисс Шарлотта Грейнджер желает с ней поговорить. Похороны невероятно утомили знатную даму. Она ненавидела похороны и присутствовала на них только потому, что этого требовал этикет. Порывшись в памяти, она сообразила, что эта мисс Грейнджер была компаньонкой княгини Яковлевой и совершила настоящий подвиг, бросившись под копыта лошади.

Вот только зачем ей это понадобилось?

Леди Пителбридж не могла и не хотела вспомнить.

– Просите, – раздраженно велела она, поднося к глазам лорнет.

– Как великодушно с вашей стороны принять меня, леди Пителбридж. Особенно сегодня.

Леди Пителбридж не совсем понимала, чем этот день отличается от других. Ах да, похороны…

– Да, – нетерпеливо бросила она.