Запасная жена

Никогда раньше я так не разговаривал со своей женой.

– Идиот! – зло  бросает Вероничка.

И это слово сейчас звучит для меня как музыка…

Она пытается оттеснить меня к двери. Но я не двигаюсь с места.

Ника оказывается близко ко мне, практически вплотную. Я вижу, что у нее влажные волосы, и они лежат как-то странно. Совершенно запутанные.

Сквозь незнакомый сладкий запах шампуня я ощущаю тонкий, еле уловимый аромат летнего луга. Как хорошо я его знаю… Вероничка всегда так пахнет. Сама по себе, безо всяких духов. И этот цветочно-травяной запах как будто переносит меня в наше счастливое прошлое.

На секунду я даже прикрываю глаза…

Но только на секунду.

В следующее мгновение Вероничка толкает меня в грудь.

– Уходи! И не смей орать на меня и командовать.

– Я не ору!

Конечно, я ору.

Даже сейчас.

Вероничка тоже разговаривает на повышенных тонах. И смотрит так, как будто готова меня растерзать.

Вообще-то, это я ее застал с другим мужиком!

– У вас что-то было с этим сусликом?

– Не твое дело!

– Кто это вообще?

– Кто надо!

Я беру ее за плечи.

Тогда я обнимаю ее крепко-крепко… Прижимаю к себе. Держу. Пусть дергается. Пусть царапается и кусается. Я ее не отпущу.

Но… Я не могу не думать о том, что видел недавно!

– У вас что-то было? – снова рычу я.

– Давай лучше поговорим о вас с Дианой. Не хочешь рассказать, как вы проводили время в обеденный перерыв в твоем кабинете? Она же приходила к тебе? Отвечай! Приходила?

Блин. Она что, с Людмилой разговаривала?

Да, Диана приходила.

Но ничего не рассказывал об этом Нике.

И все, что сейчас происходит – следствие этой моей ошибки.

Моей трусости.

– Пусти меня! – брыкается Ника.

А я утыкаюсь лицом в ее влажные волосы.

Просто не могу удержаться. Это как будто островок безмятежности посреди бушующего океана.

Я не выдерживаю и целую Нику в висок. Мои губы перемещаются еще ниже, к ее маленькому аккуратному ушку.

Она замирает.

Я не знаю, что я делаю…

Ника в моих объятиях.

За моей спиной раздается звук открываемой двери.

Неужели суслик вернулся?

Я оборачиваюсь с намерением стереть его в порошок.

Как он посмел?! Неужели еще и с резинками?

Да я сейчас эти резинки натяну ему на башку и завяжу узлом на причиндалах!

Но это не суслик. Это моя обожаемая теща.

– Что тут у вас происходит?

Я разжимаю свои стальные объятия. Ника вырывается. Тяжело дышит.