Замыкающие (СИ)

Язык на мокрой коже - вызывающим хрипы и стоны.

Мне казалось, что в этом единении он отдает себя, а не берет меня. Что он обнажен не только физически, но и во всех возможных смыслах. Что он готов к тому, что сейчас для меня его будет слишком много. Что я задохнусь от потока его энергии и его силы. Испугаюсь его, вот такого, настоящего. Но, одновременно с этим, он понимал, что или так, или - никак. А мне... мне даже этого было мало.

Я плохо помню, как впивалась пятками в его ягодицы, когда лежала под ним на теплом полу.

И оргазмы с ним погружали в темную, безбрежную эйфорию. В которой не было ни начала, ни конца.

Измотанная такой интенсивной близостью, наполненная энергией Дрейка и опутанная ей, как паутиной, я лежала на его груди и смотрела в его фиолетовые глаза. Перед глазами все еще мелькали черные мушки, а мысли разбегались и скакали в голове.

- Твоя темная энергия сейчас словно крепкий алкоголь - рассуждала я хрипло, пытаясь восстановить дыхание - наполняет тело жаром и отключает мозги. Как чистый афродизиак, когда имя свое забываешь. Это странно, с учетом совершенно других ощущений от нее в начале нашего знакомства.

- Это для тебя, Эля, так. Потому что ты - моя женщина - сказал мне миранец, искренне улыбаясь - сейчас, когда ты приняла меня, она тебя не пугает, не давит. Наоборот, ты чувствуешь все ее грани.

- Ты голоден? - уточнила я, пытаясь подняться - я вот - очень. А еще я б хотела узнать, как дела у ребят, а потом поплавать в бассейне на улице."

"- Хороший план - кивнул мужчина, даже не пытаясь со мной спорить. Он был расслабленным и полностью довольным происходящим. Даже морщинка на переносице стала не такой заметной, а из большого тела ушло, наконец, то почти болезненное напряжение, которое чувствовалось в нем все эти дни.

***

Мы нарядились в халаты и снова поднялись в гостиную. По внутренним ощущениям казалось, что мы отдыхаем так уже пару дней, хотя на самом деле прошло всего несколько часов.

Сейчас я не жалела и ни об этой спонтанной поездке, ни о близости Дрейком. Наоборот, чувствовала абсолютную правильность того, что случилось.