Второй шанс для предателя. Понять? Простить? Начать сначала? (СИ)

Чувствовала его взгляд, сканирующий ее, точно рентгеном. Слышала его тяжелые шаги и неровное дыхание.

Все это… действовало на нее странно. Слишком волнительно. Гипнотически. И самовнушение по типу «успокойся», «расслабься», «прекрати трястись» — облегчения не приносило. Наконец, они добрались до спальни. Хоть это и было непросто, но усилием воли Стася направила свои мысли в иное русло.

Заметив, что Ян изучает помещение в поисках Настиной кроватки, указала на большую двуспальную кровать, расположенную почти в центре комнаты.

— Клади ее сюда, — кивком головы она указала на нужную сторону. — Тут у Настюши нет своей кроватки. Поэтому мы спим с ней вместе. Вот здесь.

Остановив на Стасе задумчивый взгляд, Ян чуть заторможенно прокряхтел:

— Что ж… Ей можно позавидовать.

— М-м-м? — она недоуменно вскинула брови.

Тогда Костров горько усмехнулся:

— Делить с тобой кровать, сквозь сон ощущать тебя рядом было… кайфово.

Стася никак не ожидала услышать от него нечто подобное. Нечто, оживившее в памяти сотни таких ночей.

Ян тем временем аккуратно уложил Настюшу на кровать. Та пробормотала что-то невнятное, и снова засопела. Стася же, поспешила заняться делом.

Склонившись над дочерью, она осторожно избавила ее от верхней одежды.

Поправила ей подушку, укрыла одеялом и запечатлела на лбу малышки пламенный поцелуй. И пусть саму ее сейчас штормило от внутренних противоречий, ей она желала лишь крепкого сна, счастья и спокойствия.

— Ты прекрасная мать, — проник в сознание вкрадчивый шепот Кострова.

Оказывается, он очень пристально наблюдал за ее действиями.

— Правда так думаешь?

— Я не думаю. Я это вижу.

— Спасибо! — неожиданно смутилась Стася. — Бывает сложно, но я стараюсь. Сильно стараюсь. Из тебя, кстати, тоже получился бы прекрасный отец!

Ее слова произвели на него неожиданный эффект. Ян прямо по струнке вытянулся и… помрачнел. Ничего не ответил. Никак услышанное не прокомментировал.

— И тебе спасибо.

— Мне-то за что?

— За возможность представить, — прозвучало глухо. — И немного помечтать.

У нее в горле образовался ком. Только сейчас Стася осознала, о чем речь.

«Так он… Господи! Сегодня весь день Ян представлял Настюшу своей дочерью? Он, как и я, представлял всех нас… семьей? Неужели?..»

Дышать ей стало нечем. Руки-ноги затряслись. В голове страшно загудело.