Встречный бой штрафников

На делянку, где работали лесорубы, они прибыли веселые, раскрасневшиеся.

Серафима Васильевна тут же выпрягла из саней председательского коня, накинула на него попону и привязала к дереву. Крикнула бригадиру:

– Принимайте подкрепление, Иван Лукич!

– Да вы сперва обогрейтеся, – обрадовавшись нежданной помощи, сказал Иван Лукич. – Чайку вон попейте. С калиной.

На просторной росчисти среди пней горел костер. На камнях в мерцающих углях стоял артельный чайник. Носик лениво посапывал, похлюпывал и ронял на черные угли бурые капли.

– Расставляй, Иван Лукич. Некогда нам чаи распивать.

Дед Киря и Дмитрий Иванович Степаненков вымеряли и обрезали бревна, вытаскивали их на лошадях, раскладывали по периметру будущего сруба. Вальщики работали уже в дальнем конце вырубки. Валили сосны и ели, обрубали сучья и макуши. Подтоварник складывали в отдельные штабеля – на стропила и стойки, на леса и перекладины. Стройка потребует много расходного материала.

В первый день работы в лесу Анна Витальевна так наломала тело, что утром с трудом встала с кровати.

Возле школы Анну Витальевну поджидала Зинаида. Она ушла из дому рано, еще пылил над деревней Млечный Путь. Петр Федорович из полеводческой бригады перевел ее на ферму. Родила одна из доярок, Надя. Надя рожала уже второго.

– Ну, Надя! Мужика три года как нет, а она – рожает! – качали головами прудковские старики.

Муж Нади пропал без вести в первое военное лето.

– Анна Витальевна, миленькая, иди-ка домой. Маме поможешь, за ребятами доглядишь. А в лес я за тебя денек съезжу. – И Зинаида потянула из руки Анны Витальевны топор.

Но та отвела ее руку и сказала:

– Хоть это и непривычная для меня работа, но то, что положено, отработаю сама. Спасибо тебе, Зиночка, добрая твоя душа.

После полудня учительская бригада покончила с расчисткой хлыстов. Сучья стащили в костры, и те заполыхали, гудя под самое небо. Смолистый запах разнесся по всему Красному лесу."

"Стали обедать. Возле крайнего костра, хорошенько уже прогоревшего и пылавшего ворохом раскаленного, как лава, мелкого уголья, навалили лапника, сверху застелили солдатским одеялом и выложили из узелков у кого что было.