Вскрытие показало…

Может, потому, что тогда ее смерть становится реальностью.

— Если бы ты могла вернуться в тот день, ты бы вернулась?

— Да.

— Что бы ты сделала?

— Я бы как-нибудь предупредила Лори, — сказала я. — Я бы попыталась нарушить его планы.

— Планы убийцы?

— Конечно.

— А о нем ты думаешь?

— Я не хочу о нем думать. Я только хочу сделать все, что в моих силах, чтобы его поймали.

— И наказали?

— Нет наказания, которое искупило бы его преступления.

— А смертная казнь, Кей?

— Он может умереть только один раз.

— Значит, ты хочешь, чтобы он помучился.

— Да, — произнесла я.

— По-твоему, его следует пытать?

— Пытать страхом. Я хочу, чтобы он ощущал такой же страх, что и замученные женщины в тот момент, когда им становилось ясно: они умрут.

Не знаю, сколько мы проговорили с Фортосисом, но, когда я наконец замолчала, в комнате было уже темно.

— Мне кажется, никогда еще ни одно убийство не причиняло мне такой душевной боли, — подытожила я.

— Это как сны. — Фортосис откинулся в кресле и поставил ладони домиком. — Люди часто утверждают, будто не видят снов, хотя на самом деле они их не помнят. Сны, Кей, запоминаются на подсознательном уровне — как и все остальное. Нам просто удается запереть в подсознании большую часть наших переживаний — иначе они бы разрушили наш мозг.

— А мне вот в последнее время не удается, Спиро.

— Почему?

Фортосис, безусловно, знал причину, однако хотел, чтобы я сама ее озвучила.

— Может, потому, что Лори Петерсен была врачом.

— В каком-то смысле ты когда-то была доктором Лори Петерсен.

— В каком-то смысле да.

— И то, что случилось с Лори, могло случиться с тобой?

— Не знаю. Это уж слишком.

— А мне вот кажется, что ты уже ставила себя на место Лори. — Фортосис слегка улыбнулся. — Думаю, ты кучу ситуаций прокрутила в голове. Но ведь это еще не все, о чем ты хотела со мной поговорить?

Эмберги.

— Проблем хватает и без убийств.

— Например?

— Например, кто-то под меня копает.

— Ну, куда ж без этого. — Фортосис по-прежнему держал ладони домиком и слегка постукивал подушечками пальцев друг о друга.

— Еще утечки информации в прессу. Эмберги уверен, что они случаются по вине моих сотрудников. — Я поколебалась, прикидывая, в курсе ли Фортосис или нет."

"Однако его лицо было абсолютно непроницаемым.