Все не так

Один труп – на соседнем участке, второй – на моем. То ли он кого-то ищет, кто здесь неподалеку живет, и по ошибке убивает не тех, то ли он живет здесь и не может надолго отлучаться или далеко уходить, то ли у него с этим районом что-то связано. Кто их поймет, психов этих, у них же мозги набекрень. Но ясно одно: шакалит он на близлежащих улицах. Вот я и вышел сегодня на работу, обхожу квартиры, присматриваюсь, может, кто подозрительным покажется. Ну и людей предупреждаю, чтобы были осторожнее, чтобы молодых девчонок одних вечером не отпускали.

Ну и память у этого участкового! Мне бы такую.

– Ты что, всех наизусть помнишь, кто где живет? – не поверил я.

– Да ну ты что! – весело рассмеялся он. – Просто, раз такое дело, я все свои записи поднял и посмотрел, где у меня молодые девочки проживают, чтобы обойти квартиры и предупредить. Но про семью Руденко я, честно признаться, и без записей все помню.

– Ладно, спасибо, что предупредил, я все передам, – пообещал я.

– Только аккуратно, – снова попросил он. – Паники не нужно, нужна здоровая осмотрительность.

Я вспомнил, что в первую нашу встречу этот участковый был почему-то грустным, и решил было, что он вообще такой, по жизни. Но сегодня он казался совершенно нормальным, даже смеялся, хотя сам сказал, что у него труп на участке.

– Слушай, – спросил я, – а почему ты в тот раз был такой грустный? Неприятности?

– В тот раз? – Он нахмурился, потом, что-то вспомнив, улыбнулся. И снова стал грустным. Наверное, вспомнил что-то неприятное.

И что у меня за день такой сегодня? Что ни спрошу – все не в кассу.

– Я котенка отдавал, – сообщил он.

Ни фига не понял. Какого котенка? Кому отдавал? И зачем? И почему из-за этого надо грустить? Радоваться надо, что пристроил уже наконец.

– У меня кошка котят принесла. Пятерых. Четверых я через два месяца отдал, на них очередь стояла, а пятого хотел себе оставить, имя ему подобрал, домик купил, специальный такой, кошачий, чтобы у него было свое место. Понимаешь?

– Нет, – признался я.

– Ну, про четверых я точно знал, что отдаю, поэтому растил их, но душой не прикипал. А к пятому прикипел. Такой он был… В общем, словами не передать. И пришлось отдать.

– Почему? Оставил бы, раз он так тебе нравился.