Время волков

И они решили избавиться от конкурентов, да и остальных припугнуть надолго своим оружием, но что-то, как всегда, пошло не так, как хотелось бы, и те, кто подвергся экзекуции, ответили. Может, оружие их было не столь мощное, но его было много, и на планете пошла цепная реакция, все воевали со всеми, вспоминая старые обиды. Через сто лет на планете вымерли все, ну разве что кроме мутантов. Нет, бояться не стоит, радиация давно исчезла, но и заселения планеты пока не произошло.

– И что, теперь, так сказать, от амебы и до человека – ведь это путь в миллионы лет?

– А куда спешить, это у вас жизнь коротка, а я принадлежу к расе долгожителей, некоторые живут до трех тысяч лет, а есть расы, которые живут еще дольше.

А еще есть боги, они вообще бессмертны. Но на таких планетах, как эта, заселение проходит по-другому: берется какое-нибудь дикое племя и просто переселяется на такую планету, которой нужно население. Племена берутся разные, с разных планет, критерий отбора один: чтобы подселяемые смогли выжить в новых условиях.

– А как же Лимгитон?

– С ним еще проще, раз его не развеяли старшие боги, значит, проступок его не столь ужасный, и по заселении он просто переходит в боги и кураторы этой планеты. Ему возвращают кое-какие способности, и он начинает оберегать и наставлять новых жителей планеты. Ему очень выгодно увеличение населения планеты, люди, поклоняясь или обращаясь к своему божеству, увеличивают его силы и возможности.

– Но ведь тот, кого мы тут встретили, пытался нас убить, это разве не проступок?

– Даже я ничего не значу для младших богов, а уж вы и подавно.

Не обижайся и попытайся посмотреть на все как бы со стороны. Миллионы планет, триллионы живых существ, и среди них мы. Мы же не смотрим, сколько травинок раздавили или сломали, когда просто гуляем по полю. Вот и все.

Тариэль отвернулся, не желая больше разговаривать, и я, поднявшись, отправился и лег на свое место, мои синяки и кровоподтеки болеть перестали совсем, а вот тошнота и дурнота накатывала волнами.

Глава девятая

Теперь мы двигались медленно, Тариэль лежал на плаще, который был закреплен на двух лошадях.

Изредка он приподнимался, осматривал горизонт и показывал ориентир, к которому мы должны были двигаться. Достигнув его, он снова поднимался и смотрел, куда нам ехать, и так целый день. Дорог здесь не было, это тоже скорости нам не добавляло, хорошо хоть трава была невысокой. Перед самой темнотой Тариэль вдруг скомандовал остановиться и стал внимательно озираться вокруг.