Вот теперь ты пожалеешь, Кулакова!

Просто не мог удержаться и все тут. И остановиться не мог. Стоило только вспомнить Кулакову в надувном круге с идиотским лебедем и накрывало заново.

Один-один, дорогая! Я после твоего ресторана с самообслуживанием еще не так бегал. Там только пятки сверкали и свист стоял. Поэтому будем считать, что мы квиты.

Опять рассмеялся, правда смех стих, стоило только вспомнить маленькие, аппетитные булки, мелькающие перед глазами. Красивые. Да вообще у нее фигура — просто загляденье, хотя вроде и ничего особенного. Худенькая, ровненькая, без особых перегибов, но мне понравилась.

Странные у нас свидания какие-то. Неправильные. Но зато с огоньком, точно не соскучишься. Я в жизни еще так ни с одной девицей не угорал. С той же Алкой вон ни тени улыбки, ни грамма безумства, а с Кулаковой — что ни встреча, то сплошное приключение.

Я уже собирался свернуть в сторону мужских душевых, но тут увидел ценную пропажу. Маленькую красную тряпочку в черный горошек, которую таскали десятилетние мальчишки.

— Так, пацаны, я не понял, — произнес грозно, подходя к ним. Они замерли, сразу растеряв весь свой гонор. Я бесцеремонно стащил «шапочку» с башки рыжего, — игрушку нашли, да?

Они стушевались, начали что-то мямлить, дескать, а че такого, подумаешь, что хотим, то и делаем.

— А ну ка марш отсюда, пока я вашим матерям не поведал, чем вы тут занимаетесь! Хулиганы! — рявкнул на них, сердито тряпку в кулаке зажимая.

Пацанят как ветром сдуло. Раз и нет. А я довольный собой, пошел собираться.

Надо успеть перехватить Кулакову, пока она не сбежала, а в том, что она попробует сбежать — я не сомневался.

Быстро сполоснулся, оделся и бегом на улицу, не забыв несчастные трусы в сумку бросить. Выскочив на крыльцо, осмотрелся — Дины нигде не было видно, вряд ли она успела собраться быстрее меня и сбежать, поэтому подогнал машину к выходу и приготовился ждать.

Буквально через три минуты она вылетела из аквапарка и, завидев меня, едва не споткнулась. Покраснела, смутилась, но все-таки подошла и в глаза с вызовом посмотрела.

Я снова еле сдерживался. Смеяться нельзя — пошлет меня далеко и на долго, и перестанет общаться, а я уже ни за что в жизни от нашего общения не откажусь. Это же просто фейерверк, праздник каждый день.