Вот теперь ты пожалеешь, Кулакова!

Он охнул от неожиданности, попытался уклониться от дальнейшей атаки, но не смог. Ноженьки мои снова поехали. Я сделала ему такой подкат, что хоккеистам и не снилось.

Северный только руками взмахнул и ухнул вниз, а следом. С размаху.

Он тихонько хрюкнул и затих.

— Антон? — встревоженно с него скатилась, — ты жив?

Он еще раз хрюкнул, и я поняла, что начальник беззвучно ржет.

— Кокетка из тебя — никакая! — выдавил сквозь смех, — в тебе пропал талант убийцы!

— Иди ты на фиг, — сердито пихнула его в бок и на коленях поползла к выходу.

Северный поймал меня уже у самой кромки, схватил за шкирку, поставил на ноги и потащил к домику.

— Брось меня, — страдальчески выдавила, повиснув у него на руке, — спасайся сам.

— Иди уж. Жертва несчастная!

В домушке тяжело плюхнулась на лавку, стащила со взмокшей головы шапку:

— Все. Сил нет. Останусь здесь."

"Северный, проявляя чудеса терпения, достал меня из коньков, сам их сдал, уладил все вопросы, в то время как я безвольно валялась, обмахивая раскрасневшуюся физиономию.

— Все. На каток мы с тобой больше не пойдем, — произнес категорично Антон.

— А куда пойдем? — я была очень не против сходить с ним куда-нибудь еще, но без экстрима, без льда, без уток.

— Хм, пока не знаю, — он пожал плечами.

— Тогда следующий выход в свет организовываю я! — кивнула решительно.

Придумаю что-нибудь интересное, необычное. Удивлю его так, что обалдеет!

Глава 7

Антон

На работе мы общались исключительно по работе. Надо отдать должное Кулаковой — на не строила мне глазки, не совалась в мой в кабинет по делу и без дела.

После памятного ужина с ее родителями и похода на каток, мне было интересно, что же дальше.

Мы договорились встретится в субботу в пять недалеко от ее дома. Нам по-прежнему приходилось играть в партизанов, потому что Всевидящее Око ее родителей не дремало.

Я сам несколько раз становился свидетелем того, как ей в течении рабочего дня звонила маменька и спрашивала, где находится ее маленькая девочка.