Вот теперь ты пожалеешь, Кулакова!

, уверенная в том, что он просто меня пошлет и уедет и на этом будет поставлена жирная, некрасивая точка.

Северный огласился, и это было лучшее, что он мог для меня сделать.

Родители притихли, Стас перестал лезть — теперь чтобы дотянуться до меня, ему надо было преодолеть Антона, а это задача не из простых — у начальника конституция мощная, одни плечи чего стоили.

Дальше вечер перестал быть скучным и напряжённым. По крайней мере для меня. Я расслабилась, а остальные, наоборот, напряглись.

Отец был странно молчалив, маменька пыталась поддеть Северного, но безрезультатно, а Стас начал пороть откровенную чушь, не зная, как еще себя возвысить над конкурентом за мое внимание.

Так здорово.

Мама дважды постучала в дверь, прежде чем зайти. Вся бледная, осунувшаяся, с густыми тенями под глазами, и взглядом, наполненным вселенской тоски.

Начинается…

— Привет, Мам, — сладко потянувшись, села на кровати, — что-то я сегодня обленилась, никак не встану.

— Плохо, — горестно сказала она, и тяжко вздохнула, — мне всю ночь снились кошмары.

— Бывает, — я специально не стала спрашивать, что именно ей снилось в кошмарах. Уверена, что это был Северный.

Мама, так и не дождавшись от меня наводящего вопроса, все равно начала рассказывать.

— Мне снилась ты…

Внезапно.

— В дранине, на паперти с протянутой рукой, — дребезжащим от муки голосом продолжала она, глотая крокодиловы слезы, — а рядом с тобой сидел этот жуткий невежественный птушник…

Сказать ей что ли, что все не так? Что Северный помозговитее Стасика будет.

— Он был пьян, вонюч, с подбитым глазом…

— Это я ему подбила? — спросила, стараясь так уж откровенно не улыбаться. Мама смерила меня возмущенным взглядом, поэтому предпочла больше не шутить, а молча переодеваться.

— А мимо вас прогуливался Станислав, под руку с элегантной дамой, и даже не смотрел в твою сторону.

— С трудом.

Это я про Стаса и даму. Мне кажется, этот кадр точно никогда не изменится. Там мамочка постаралась, внушая ему, что он самый лучший, самый умный, самый красивый, а все, кто с этим не согласен — просто идиоты.

— Жуткий сон, правда? — мама не сдавалась.

— Просто сон, — я пожала плечами и пошла умываться, чувствуя, как она смотрит мне вслед.

Когда вернулась, обнаружила, что букета нет.