Воскрешенный любовник

Спустившись к ее шее, Балз сжал зубы от желания выпустить клыки и провести ими по ее яремной Вене по пути к желанному месту.

Оказавшись у ее груди, он прошел с поцелуями к одному холмику. Ее напряженный сосок был создан для его рта, и хотя он хотел подразнить ее, подразнить себя, у него не вышло. Он сразу вобрал в рот сосок сквозь футболку, лаская ее, оттягивая на себя, и при этом лаская вторую грудь рукой.

Эрика извивалась под ним, металась, охваченная жаждой. И он вторил ей, член пульсировал между ног, так отчаянно желая войти в нее, что его буквально трясло от нужды.

Он сказал себе, что должен доставить ей удовольствие, не кончив после первого проникновения… Но он не был так уверен в себе. Хорошие новости? Он сразу же будет готов ко второму раунду. Третьему, четвертому. Двенадцатому.

Он никогда не был таким, ни с одной женщиной.

Никогда.

— Ты нужен мне… — простонала Эрика, выгибаясь навстречу ему.

Он мог кончить от одного вида ее грудей и сосков, торчащих сквозь тонкую ткань, и мгновенно забыл о намерении не торопиться, когда она отпустила его плечи и ее руки скользнули к ее джинсам.

— Я сам. — Балз отодвинул ее пальцы в сторону. — Позволь мне.

Он быстро расстегнул пуговицу и молнию, а потом, подцепив «Левайсы» пальцами, стащил их с ее длинных ног. На ней были простые синие трусики… в голове мелькнула смешная мысль, что они были в тон дивану. Он не стал их снимать.

У него были другие планы.

Эрика скинула свою обувь, и он снял ее носки вместе с джинсами одним четким движением, за которое бы дал себе золотую медаль.

А потом из головы вылетели все мысли. Остались только защитные инстинкты, продолжающие отслеживать обстановку в доме над ними и в самом подвале, в остальном он был полностью сосредоточен на своей женщине.

Казалось, что единственное, что мог сделать для женщины кусок дерьма вроде него — это подарить ей наслаждение.

И в этом он добьется успеха.

Он прошелся губами к ее животу, и когда дошел до границы белья, то высунул язык и провел вдоль ткани.

Потом сдвинулся к ее бедру. Трусики держались на резинке с надписью «Кельвин Кляйн», и Балз поднял взгляд, посмотрев ей в лицо. Эрика наблюдала за ним горящими глазами, ее рот был приоткрыт. С каждым глубоким вдохом ее соски приподнимались под футболкой, под мокрой от его слюны тканью.

Гребанный ад. Он буквально горел.

Обнажая клыки, Балз подцепил эластичную ткань и перекусил зубами. Повторил с другой стороны.

Она сжала его коленями, ее бедра напряглись.