Восход. Солнцев. Книга VI (СИ)

Неизвестно, как пойдет восстановление органа, а братишка не будет ждать.

Встал и направился к нему. Трутень упал на землю. Моя рука уже сжимала револьвер. Бализар был без сознания. Подошел к нему и направил дуло в морду, нажал на курок, и ничего не произошло. Магический кристалл разрядился. Сука! Совсем забыл, что моя душа поглощает энергию, она сейчас голодная.

Убрал артефакт в кольцо и наклонился за револьвером братца. Тут еще три заряда, и кристалл почти полный. Присел на корточки.

— Маркус! — произнес Бализар.

— Умри, — ответил ему и почти нажал на курок.

Братишка всегда был слабым и хитрым.

— Если ты убьешь меня, придет другой, и так до Дисшара. А вот его не сможешь одолеть, — сказал он и открыл пробку в бутыльке-артефакте. — У тебя десять секунд, или «Слезы луны» испарятся.

В голове каша, живот разрывался изнутри. Я направлял оружие на братца.

— Сука! — разозлился я.

Глава 12

Я кивнул, и Бализар превратился в тень. Лунный бутылек начал падать на землю, но я успел его поймать. Пять секунд. Посмотрел на Весемира.

— Вот же собака сутулая! — сказал я, когда прыгнул к нему.

«Слезы звезд» для всех пахнут по-своему. Для меня, словно скошенная трава и еще запах после грозы. Вылил все что было сначала в рот полковнику, а потом вокруг дыры на его теле.

Времени думать не было, толкнул себя магией звука и упал рядом с остатком железы. Схватил кусок и запихнул в рот. Чуть не вырвало, но я продолжал жевать.

— Сука, как же мерзко! — сказал я и запихнул последний маленький кусочек.

Губы свело, горечь во рту. Искренне завидовал Трутню и вкусу, который он испытал. Зелье с моей планеты, такого Весемир больше не попробует. А теперь самые приятные впечатления.

Свернувшись в позу эмбриона, закусил губу и начал мычать.

— Рот наоборот! — сказал я. Или мне показалось?

Железа втягивала сок в себя и еще магию из вместилища. Мое тело словно иссушали, все силы уходили на восстановление одного органа. Как будто внутри еще одна пара каналов проросла, помимо общей сети. Это сопровождалось крайне болезненными ощущениями.

А потом наступила темнота, только мое сознание.