Восход. Солнцев. Книга III (СИ)

— Не убивай… — заплакал он. — Мы… Я… Никогда не переходим границ, наше место — помойка, на мага руку не поднимаем. У меня сестра есть, если убьешь, ее шлюхой сделают в двенадцать лет. А я хочу, чтобы у нее хоть шанс был на нормальную жизнь. Пойдет швеей, и, может…

Послушал исповедь вора и сказал сидеть тихо, потому что будем ждать моего друга. Я погасил свет, засунул ему кляп в рот. Время пошло. Через полчаса дверь открыли ключом.

— Черти, вы чего в темноте сидите? Ни хрена не вижу! А я не пустой к вам, пацаны! Выгодно слил цацки, и у нас сегодня будет пир.

Я включил свет. Звуковая пуля ударила в дверь, закрыв ее. Чалый уставился на меня, наконец-то я его разглядел. Молодой человек чуть старше, телосложением, как Дима. Кривой нос с горбинкой и рыжая голова, на лице веснушки.

Одет в штаны, которые на нем висят, поэтому поддерживают их подтяжки, на ногах поношенные туфли. Рубашка снова не его размера с кучей заплаток, а еще пиджак, на голове кепка.

— Ну, привет! — улыбнулся я.

— Что? Как? Ты же… — глаза Чалого бегали, он посмотрел на кучу из своих «друзей», на меня и жевал. — Ты должен был подохнуть с такой-то раной в брюхе.

— Твоими молитвами выжил, — кинул я рыженькому. — Итак, сначала я планировал тебя убивать, долго и мучительно, но потом, пройдясь по району, решил дать шанс, которого мне когда-то не дали. Если ты сейчас вернешь мои вещи, то я тебе просто сломаю руку. Это первый вариант, пока, как я сказал, добренький.

— Думаешь, что напугал меня, фраерок? — выхватил нож Чалый. — Ну давай, нападай, я тебя быстро порежу!

— Значит, второй вариант, — с сожалением сказал я и встал.

Движение, и я рядом с ним. Рыженький бьет ножом трясущейся рукой. Удар по касательной — таким не убьешь, максимум порежешь. Хватаю его за ладонь и только начинаю сжимать, как грозное оружие падает на пол. Тонюсенькая конечность сломалась от легкого напряжения.

— А-а-а! — заорал Чалый и упал. — Я… Нет у меня твои колец! Сдал их Вите Сухому за хавку. У него все, не убивай! Давай я отведу к нему, — уставился на меня рыженький.

Посмотрел на горе-вора. Не будь я таким же зверьком в своей прошлой жизни, давно бы его убил. Да и чести нет кончать того, кто слабее. Да, Чалый ограбил. Не будь я в таком состоянии, ничего бы он не сделал. Чего врать, пожалел я сопляка, да и план у меня уже появился. С чего-то нужно начинать.