Восход. Солнцев. Книга III (СИ)

Если ты хочешь узнать правду, что случилось с твоим братиком и кто его подставил, а именно это с ним и сделали, замолчи и слушай меня, — достал папки с документами и показал. — Хочешь узнать правду?

На коже девушки появились мурашки, будто она замерзла. Ее тело немного дрожало, Варвара часто дышала. Смотрела мне в глаза, и я увидел то, зачем пришел. Интерес.

— Говори! Что ты хочешь? После отвечу тебе, согласна я или нет, — произнесла она дрожащим голосом.

— Умница! — улыбнулся я.

Глава 14

Пока Авдеева читала документы, я прокрутил еще раз в голове то, что мы обсудили с главой рода Барановых, Андреем Борисовичем.

"В отличие от Степы, умен и своей выгоды не упустит. Решил с ним говорить на чистоту. Сынок уже признался, что проиграл куски земель в трущобах некоему Александру Глебовичу — сынишке того дворецкого-бастарда из рода Титовых. Он, в отличие от папаши, аристо.

Хотя всерьез парня никто не воспринимает.

А вот это уже крайне любопытно. Я бы даже сказал, очень. Главу рода Барановых задело, что Титовы выпустили своих псов. Получается, один из Гавриловых угрожал и провоцировал при его сыне, это показывает, что Титовы не считаются с Барановыми.

На таком возмущении я и вылез. Пообещал покарать как можно больше Титовых, но документы заберу себе. Я мог сделать это и без спроса, но кто сказал, что мне потом разрешат их оставить и не предъявят претензии? В лоб сейчас не могу ни с одним родом идти на конфронтацию.

Как вести себя с Титовыми? У меня уже есть идеи по этому поводу. Главное другое: глава рода Барановых согласился на мои условия. Я им зелья, они же — семьдесят тысяч и на документы не претендуют.

— Как? — разорвала тишину Авдеева. — Не верю! Суки! Твари!

Я подошел и забрал бумажки.

— Но… — открыла рот девушка, держась за одеяло, которым прикрывалась.

— Простите, младший следователь, я вам обещал правду, а не доказательства. Готов обменять их на другие документы, которые находятся у Титовых, — улыбнулся я Варваре.

— Что ты хочешь? — зло выплюнула слова Авдеева.

— Вот, другой разговор.