Призрак со свастикой

Подошли еще двое, включили фонарь и отогнули край брезента и тут же отпрыгнули в сторону:

— Черт, кто это?!

— Это с нами, — вздохнул Верест. — Вам письменную объяснительную, товарищ старший лейтенант? Но учтите, если мы здесь простоим еще минуту, письменные объяснения будете давать завтра в Смерше всем составом. Мы можем, наконец, проехать?

— Конечно, товарищ капитан, все в порядке… — Бравый офицер, похоже, прибыл из тыла, войны не видел. Он отдал честь и спросил: — Вы сейчас куда направляетесь?

— В комендатуру, любознательный ты наш…

Павленко злобно отжал сцепление.

— А ну, притормози, — приказал он, одним прыжком покинул внедорожник, не дожидаясь полной остановки, и зашагал к собравшимся, оправляя мятое обмундирование.

— Молчать! — визжал автоматчик. — Поговорите мне еще тут, лазутчики хреновы! Я сказал, стоять и ждать, пока не разберутся компетентные товарищи! И не суйте мне свои «липовые» корки! Много вас тут таких подозрительных шляется!

— Ну, ты и герой, дружище, — процедил знакомый голос. — С головой рассорился, или как? Нам плевать, кого вы тут ловите! Контрразведка Смерш, следуем в распоряжение вашего отдела! А ну, вызывай капитана Вереста, пока к стенке не поставили!

Перепалка разгоралась, в нее вступали новые люди.

— А ну, ша! — проорал Павел. — Что за бардак на контрольно-пропускном посту? Капитан Верест, командир особой оперативной группы отдела контрразведки! Опустить оружие! Это мои люди!

— Тьфу ты, командир! — сплюнул возмущенный капитан Звягин. — Тебя сама удача послала. Эти идиоты, представляешь, утверждают, что мы немецкие засланцы, документы наши «липовые», и сейчас прибудет группа, чтобы доставить нас за решетку.

— А утром — к стеночке! — радостно заулыбался молодой лейтенант Рома Окулинич. — Товарищ капитан, что за хрень? Почему вы до сих пор порядок не навели? Где оркестр, где ковровые дорожки?"

"— Ага, завернут нас в эти ковровые дорожки, — проворчал старший лейтенант Дмитрий Котов. — А оркестр играть будет после… Не представляешь, как мы рады тебе, командир. Словно и не расставались на эти долгие два дня. Ты как-то неважно выглядишь, — подметил вдруг он.