Везучая Натали

Закрутилась в одеяло, которое он все равно каждый раз скидывал на пол, уткнулась носом в плечо Ройла и задремала.

Роланд вдруг повернулся на бок, взял ее за подбородок, заставляя посмотреть на себя.

— Чего тебе? — хмуро спросила Ната, недовольная тем, что ее разбудили. — Дай поспать!

— Что ты здесь делаешь?

— Сплю! Не видно? Мне там страшно одной…

Он опустил руку, прерывисто вздохнул.

— Ладно… Спи… Натали?

— Что?

— Нет… Ничего… Спи.

Натали выпутала из одеяла одну руку, нашла его ладонь, сжала. Кожа на ней была загрубевшей, а сама ладонь была горяча.

— Ты хороший, Ройл, — прошептала Ната. — Я тебе днем не скажу, не дождешься. Но сейчас скажу… Спасибо.

Он молчал, кажется, будто и не дышал. Ната не видела глаз, а ей так надо было сейчас увидеть их, понять, о чем он думает. Ната провела рукой по его щеке, убирая спутанные пряди, но темно, и глаз она все равно не видит. Тем более, они черны, как сама ночь. Пальцы коснулись губ, которые он тут же сжал — она ощутила это. Теперь, пока Ната держит ладонь у его рта, он даже не сможет ничего сказать.

Натали, не до конца осознавая, что делает, наклонилась, потянулась к его губам, но по пути растеряла уверенность и поцеловала в щеку. Правда, промазала немного и поцелуй пришелся на краешек века: Ната почувствовала, как дрогнули ресницы. Щекотно…

— Только молчи! Молчи, пожалуйста! — взмолилась она, боясь повторения того разговора в автомобиле. — Я знаю все, что ты скажешь. И… Тебе снова почудилось. Это просто сон. Да. Просто сон.

И Натали отвернулась к стене, затаилась, чувствуя себя ужасно глупо.

Ройл тихо сел за ее спиной. Он ни слова не сказал, чему Ната была бесконечно рада, но буквально кончиками нервов чувствовала его замешательство и смятение. То же самое, что сейчас ощущала она сама.

Хорошо, что усталость оказалась сильнее, и сон одолел ее прежде, чем Ната измучила себя угрызениями совести.

На следующий день оба сделали вид, что ничего особенного ночью не произошло.

Впереди ждало еще одно испытание, и думать сейчас она могла только об этом. Ната вовсе не хотела покалечить Умницу, или даже Понтия. Не то, чтобы ей было его жалко, но как-то неприятно потом, наверное, будет вспоминать о хрусте костей. А тем более не хотелось причинить вред Ройлу…

Понтий тоже дураком не был.