Ватага. Атаман

Она оплакивала свою жизнь, она оплакивала безумие, которое обрушилось на ее голову. В этом безумии она видела царицу, танцующую танец рабынь перед любовником из касты ремесленников, видела кшатриев, таскающих в грязи грузы, словно мерзкие неприкасаемые, видела князей, склоняющих головы перед слугами. А теперь она увидела, как ремесленник рубит и колет кшатриев, хвалит правителя и открыто целует брахманку. Такое не может быть сном, такое не может быть реальностью. Такое может причудиться только безумцу. Боги покарали ее за карму прошлого воплощения, не дав перевоплотиться снова.

Польская конница сомкнула ряды в безопасном от луков удалении, выставив вперед ратников, одетых в самую прочную броню, а в задние ряды собрав воинов бездоспешных или просто хуже вооруженных. Холопы принесли хозяевам копья взамен сломанных или потерянных, прыснули в стороны, заиграл горн – и всадники начали свой разбег.

Затренькали тетивы луков, обрушивая на ворога дождь стрел, слетели на всем ходу с падающих скакунов несколько латников – на чем припас стрел в колчанах, уже изрядно попользованный с утра, и кончился.

Сто шагов – ляхи перешли в галоп и с залихватским посвистом врезались в ряды ватажников, напарываясь на рогатины, разя врагов пиками, кувыркаясь из седел под смертельные удары сабель, стаптывая людей и сминая их ряды своими мертвыми телами.

Егору сзади удалось поразить копьем одного за другим троих ляхов, слишком занятых близкими противниками, но четвертый подбил копье вверх, поднырнул под него, напоролся животом на кривой кханджарли – и Вожников опять оказался в самой гуще схватки, что под напором сотен ляхов медленно смещалась к деревьям.

Дело закончилось в считанные минуты.