Ватага. Атаман

Дым более-менее развеялся, так что князь смог проверить наводку, немного подправил сбившийся прицел, скомандовал:

– Заряжай по одному! – Пушкари поднесли снаряд, он запалил фитили, заткнул отверстия: – Молись!

Через два «Отче наш» левая пушка жахнула, работники тут же поднесли второй снаряд. Молитва, выстрел, потом третий.

– Баньте! – Вожников прошел до конца улицы, убедился, что все три снаряда легли в цель, заметно углубив канаву в валу и слегка ее расширив, повернул обратно. Вслед полетели стрелы. Несколько впилось в землю по сторонам, одна чиркнула по спине, по пластинам колонтаря.

После второго строенного залпа со стороны восточных ворот послышались крики, звон железа. Литовцы сделали единственное, что им оставалось – отважились на вылазку, надеясь прорваться к пушкам и уничтожить. Но пробиться через баррикаду не смогли. Да и как? Вряд ли в городе и в лучшее время насчитывалось больше двух тысяч воинов.

– Ты как, княже? – прибежал с двумя щитами Федька. – Я видел, литва стрелы метать начала?

– Спохватился… Где ты раньше был?

– Дык, обед варил, атаман. Время уже за полдень!

– Правда? – удивился Вожников.

"Егор снова припал к стволам, проверяя прицел, дал команду на залп, ушел вперед, на этот раз прихватив щит. Однако в него не стреляли. И без того на берегу перед ручьем собралась изрядная толпа ватажников, защитникам было в кого целиться. Вал под стеной был весь изрыт глубокими воротками, многие из которых уходили глубоко под башню, лед протоки покрывал толстый слой земли, камней и деревянной щепы.

– Заряжай! – вернулся на позицию Егор.

– Не спеши, княже! – появился средь облаков дыма Федька в своем нарядном зипуне, но опоясанный саблей. На этот раз он старательно тащил тяжелый котел, от которого аппетитно пахло мясом. – Коли вам отвлечься некогда, так давайте здесь поснедаем.