Ватага. Атаман

Битва завершилась, его схватка была последней.

– Добре, княже! – одобрительно отозвались бояре. – Лихо ты его! Любо посмотреть!

– А чего вас так мало? – На небольшой полянке меж деревьями собралось всего полтора десятка ратников.

– Больно крепко бились иноземцы, – пожаловался воин с залитым кровью лицом. – Нелегко пришлось.

– Вот проклятье! – Егор пошел по полю брани, присаживаясь на корточки возле своих. Многие стонали и ругались, пытались сесть, отползти в более удобное место. На душе стало немного легче: убитых оказалось не больше десятка.

Со стороны озера послышался топот копыт. К берегу, держа наготове щиты и рогатины, мчались густые сотни ватажников.

– Вот мы, здесь, атаман! – осадил скакуна возле самых камней Угрюм. – Как приказывал! Кого бить?

– Ищи, – развел руками Егор."

"Угрюм подумал, махнул рукой вдоль берега, отправляя сотни дальше, громко приказал ближним ушкуйникам:

– Силантий, вы тут с ранеными князю помогите.

Врага он все-таки нашел – в трех верстах дальше по берегу обнаружился лагерь разбойников. Там в руки ватажников попалось полтора десятка чужаков. Их допросили с пристрастием, и на рассвете, когда армия снова выступила в путь, Угрюм доложил:

– Не разбойники-душегубы это были, атаман. Датчане. Пленники сказывали, королева опасается, что ты опять ее земли разорять начнешь.

– Это приятное известие, – кивнул Егор. – А то я все маялся, кого в список на раскулачивание первым поставить? Теперь все в порядке.

После стычки на берегу князь Заозерский решил разделить обоз, отправив часть ватажников вперед налегке, только с ранеными на санях, а остальной груз везти обычным порядком, не торопясь. Благодаря этому помятые в схватке бояре уже через два дня были в Ладоге, возле старой крепости, охраняющей первый из волховских порогов, и отогревались на постоялых дворах в заботливых руках опытных знахарок.