Ватага. Атаман

Бабах!!!

Левый борт челнока разлетелся в щепки, завыли, закричали, падая в воду, враги. Плотный дым застил ушкуй, так, что ордынским лучникам ничего не стало видно – слали свои стрелы так, наудачу – прямо в дым.

– Ну и паровоз! – покосившись на пушку, ухмыльнулся Егор.

В ответ улыбнулся и Федька:

– Ты как этот… арап или сарацин! Черный!

– На себя посмотри, арап, тоже мне!

Да уж, почти все ватажники, особенно те, кто находился ближе к корме, были черными от порохового дыма. Этакие негры с белыми сверкающими зубами.

С головной ладьи вдруг послышался резкий предупреждающий звук трубы, атаман Антип Чугреев замахал рукой, указывая куда-то влево.

– По левому борту – обходят! – ахнув, закричал Вожников, глядя, как юркие ордынские челны стремительной волчьей стаей пронеслись возле самого берега.

Их было много – просто взяли и на излучине обошли, ордынский адмирал – или как там его? – записным хитрецом оказался. Цель его маневра была ясна обоим атаманам – и старшему и молодшему, – обойти, обогнать, и уже оттуда – напасть, пользуясь преимуществом речного течения.

И ничего, ничего с этим нельзя было поделать – слишком много судов у ордынцев, а у ушкуйников – всего две ладьи.

Нарвавшись на плотный отпор, татарские челны чуть поотстали, большинство из них так же свернуло влево.

И что теперь? Наперерез идти? Да поздно уже, поздно! Осталось только спеть строевую песню «Врагу не сдается наш гордый „Варяг“» да, ввязавшись в неравный бой, погибнуть с честью. Хотя… хотя ведь еще и другая песня есть, тоже строевая, ничуть не хуже – даже куда лучше! – первой – «А помирать нам рановато, есть у нас еще дома дела!»

Воспользовавшись минутой затишья – оставшиеся позади враги не спешили, время-то работало на них, – головной ушкуй подошел ближе.

– Надо челнок захватить – приказ атамана. Его ушкуй остальных ордынцев приманит, а дальше уж – вы… И, главное, это… стреляйте побольше, чтоб дым густой был.

– Зачем?

– Атаман сказал – там свои какие-то. Да недолго, сказал, грести-то.

Свои – хм… То-то Антип так вверх по реке и стремился. И, гад, ничего ведь конкретного не говорил. Ла-адно.

– Понял тебя, Купи Веник! – получив четкое указание, рассмеялся Егор. – Значит, дымовую завесу ставим? Ага! Федька, как рука?

– Да ничо, завязал вон, тряпицей.

– Тогда готовь выстрел.