В окружении

Я понимал, что это должно было убедить меня, но все равно сомневался, что кому–то

понравится неожиданный гость в их доме. Особенно, тот, кто потенциально мог привести за

собой шлейф фотографов. Единственной спасительной благодатью было то, что мы смогли

спонтанно уехать, чтобы никто не знал, где мы…пока.

Я глубоко вдохнул и выглянул в окно, когда машина остановилась у тротуара

скромного, одноэтажного дома. Около него был припаркован черный джип, но помимо этого

больше никакой активности рядом не наблюдалось.

Тишина и неподвижность всего этого.

– Ты в порядке? – спросил Дилан, и я повернулся к нему лицом, догадываясь, что

пришла моя очередь убеждать его. Я сжал его пальцы и кивнул, а когда он наградил меня

ослепительной улыбой, я не смог остановить себя, чтобы наклониться, обхватить его щеку

ладонью и прижаться нежным поцелуем к его губам. Когда отстранился, я заскользил

подушечкой большого пальца по его щеке, и его потрясающие, зеленые глаза распахнулись.

– Спасибо, что привез меня сюда, – сказал я, и Дилан осторожно прикусил свою"

"нижнюю губу, да так, что мне захотелось целовать его вечность.

Боже, как так получилось, что я сидел здесь рядом с ним? Как стало возможным, что

мне так чертовски повезло?

– Спасибо, что ты здесь, – ответил он, когда я отстранился и потянулся за дверной

ручкой, как раз в тот момент, когда водитель распахнул широко дверь.

Я притворно застонал, а затем последовал за ним к багажнику, чтобы забрать наши

чемоданы. Прямо напротив их дома широко растянулся белый, песочный пляж, усыпанный

меньшим количеством людей, чем я ожидал в это время года. Чистая, аквамариновая вода

манила к себе, и я знал, что это будет более теплый прием, чем в холодных водах Тихого

океана, к которым привык я. Когда я полной грудью вдохнул соленый воздух, мое тело

начало расслабляться впервые за несколько недель.

нужно – что нужно нам.

Когда мы пошли по тротуару, Дилан вытащил из своего кармана ключи, и меня

поразило то, насколько странным ощущалось, что они были от его дома. Не от тесной студии

в ЛА, а от его дома, который я никогда раньше не видел, практически в трех тысячах миль от

дома, где жил я, и не только это, но и осознание, что нервозность растворилась, а жгучее

любопытство дало шумный старт.