В Коктебеле никто не торопится

Внизу вилась тонкая змейка горной дороги. По ней двигалась темная точка – машина. Никита всей кожей почувствовал, что это Анна, Николай и Полина. Чуть в отдалении он заметил вторую машину и понял, что подоспела вызванная Николаем опергруппа.

Ветер немного ослаб, и Никита начал снижаться. Издали Андрей замахал ему руками, указывая куда-то вниз. Никита посмотрел в том направлении и увидел совсем крошечную ярко-красную точку, вжавшуюся в одну из скал. Мария Сергеевна говорила, что на Оле сегодня был красный сарафан. Он яростно заартикулировал в ответ, увидел, как Андрей достает рацию, приготовился, отстегнул карабин, удерживающий парашют на веревке, и на миг зажмурился, тут же почувствовав, что натяжение ослабло, и он начал плавно опускаться вниз.

– Пять секунд, полет нормальный, – процедил он сквозь зубы. Невдалеке аккуратно планировал вниз Андрей.

Парашют был так себе, дрянной парашют. Пожалуй, прыгать с самолета на нем было бы равносильно самоубийству, но сейчас земля была недалеко, она все стремительнее неслась навстречу, впрочем, совсем нестрашная.

– Квалификацию теряю, – пробормотал он. – Ну да ладно, что ж теперь! – Отстегнув дурацкий жилет, который крепил его к парашюту, он освободился от него и, оставив лежать большой цветастой кучей прямо на земле, бросился туда, где, как ему показалось сверху, была Оля.

– Давай, – крикнул ему тоже вполне удачно приземлившийся Андрей. – Я парашюты соберу, мы ж за них отвечаем, и за тобой.

– Знаю, – коротко ответил Никита и устремился по узкой тропинке, идущей чуть вверх по ущелью.

Наверное, тут было восхитительно, особенно весной. Кара-Даг же недаром считается одним из самых красивых природных мест на земле, однако сейчас Никите было не до красот природы. Чуть прихрамывая, он быстро шел, почти бежал, не оглядываясь вокруг.

Повернув за один выступ, затем за другой, он наткнулся на красный свернувшийся клубочек, который им с Андреем посчастливилось заметить сверху.

Красный сарафанчик был помят и измазан в грязи. Слегка задравшись, он открывал тоже испачканные и содранные в кровь коленки. Пробираясь по горному склону, Оля падала. Не могла не падать. Но никаких других заметных глазу повреждений Никита не заметил.