Ты родишь мне после развода (СИ)

При виде огней на обочине, многоэтажек со светящимися окнами и редких магазинов мне становится радостно. Подумать только, всего сутки за городом, и я уже готова целовать родной асфальт.

Яров останавливается перед небольшим, но пафосным бутиком в центре. Он работает до восьми, у нас не так много времени.

– Идем, выберем тебе что-нибудь.

Место слишком шикарное, но я давлю порыв остаться. В конце концов, иначе он выберет что-то сам и не факт, что это подойдет. Мы заходим в магазин. Зеркал здесь много, в полный рост. Я сразу же ловлю свое отражение и становится неловко: волосы нечесаные, ноль косметики, одежда не просто дешевая и простая.

"Мы напоминаем сцену из «Красотки».

Но девушки, заприметив Ярова, кидаются к нам, даже и не думая прогонять.

– Подберите девушке что-нибудь, – он небрежно светит золотой картой. – На официальный выход, без излишеств.

– Прошу сюда, – меня приглашают в кабинку, пока Яров садится на диван.

Успеваю заметить, что ему подносят чашечку кофе. Меня же даже никто не спрашивает, что я хочу надеть. Консультанты опытным глазом понимают, кто здесь главный и чьи вкусы нужно учитывать. Тот, у кого золотая карта в кармане.

Со мной обращаются безупречно вежливо, но я замечаю завистливые взгляды свысока. На лицах девушек, которые похожи на моделей больше, чем на продавцов, читается плохо скрываемая зависть: почему она, а не я?!

Ну да…

Я знаю, как выгляжу.

Я и раньше не могла потягаться за место его спутницы. После ночи на природе, да еще в своем дешевом шмотье – тем более.

В просторной кабинке зеркало тоже шикарное и абсолютно не льстящее.

Жду, пока девушки приносят разнообразные платья, юбки, даже один комбинезон. Мне бы лучше брюки. Я задумчиво щупаю тонкую ткань. Кто знает, если встретимся с кем-то, от кого придется драпать – то мне бы лучше кроссовки с джинсами.

– У вас есть брюки на выход? – спрашиваю я.

– Не знаю, – растерянно отвечает консультант. – Я спрошу.

Понимаю, что спрашивать она будет не у старшей про ассортимент, а Ярова – можно ли подать мне брюки.

Через минуту она возвращается, громко цокая каблуками. Через руку у нее перекинуто несколько пар – здесь и брюки, и джинсы.

– И нарядный верх, пожалуйста, – прошу я, закапываясь в обновки.

От джинсов приходится отказаться сразу.