Ты не заставишь меня

Или она не такая уж бывшая?

А что, если они сейчас поднимутся в номер? Или в подсобке запрутся? На это не нужны часы, достаточно десяти-пятнадцати минут. А я буду ждать. Пока Демьян ее трахает.

И так всю жизнь? Терпеть всех этих баб, и параллельно с ними ноги раздвигать?!

Глаза наполнились злыми слезами, но я не дала им пролиться. Шумно вдохнула, выдохнула, слезы высохли, а злость и обида лишь усилились.

Ненавижу!

С парковки отъехала одна машина, заехала другая. Люди сами собой распоряжаются. Куда хотят – едут, хотят – сидят в машине, хотят – выходят, а я даже такой малости лишена.

Вот только я с ним не буду. Уважение не менее важно, чем любовь.

Или похоть.

Я сидела, уставившись в одну точку. Гипнотизировала взглядом номер стоящей впереди машины, и представляла… разное. Как Демьян прижимает эту Веронику к стене, как она обвивает его бедра ногами, как он…

Убила бы!

Раздался щелчок, мелодичный сигнал, и дверь открылась. А следом в машину сел Демьян, будто ничего не произошло.

— Пристегнись, поеду быстро. Дико тебя хочу, – с хрипотцой в голосе произнес он.

Я молча пристегнулась. Мы вырулили с парковки. Демьян взглянул на меня раз, другой, третий…

— Что успело случиться?

Молчу.

Не отвечаю.

Не имею права ему предъявлять. Я не жена. Была бы женой, глаза бы выцарапала. Но нужно держаться, быть корректной, не устраивать сцен. Быть гордой!

— Твою мать, Алина, что опять не так? – рявкнул он.

— Все прекрасно, спасибо, – я старалась говорить ровно, но вместо этого прошипела ответ.

Выплюнула его.

— Вижу, что все охуительно. Говори уже, давай. Что за очередная блажь?"

"— Блажь? – так же зло переспросила я. — Это не блажь, а ответ. И можешь не гнать так машину, можешь не торопиться, ничего не будет. Хочешь трахаться – езжай в отель. Там тебя ждут, не так ли?

— Да. Ждут.

Демьян чуть сбавил скорость, доехал до поворота, и развернул машину.

И мы поехали… к отелю?!

Глазам не верю. Мы вновь заехали на парковку, Демьян остановил машину, и отстегнул ремень.

— Час посиди, подожди, пока я выпущу пар, – бросил он, и потянулся к двери.

А я потянулась к нему, разъяренная, как никогда.

— Как ты смеешь? – зашипела, как кошка. — Так унижать меня. Как ты смеешь?

— А как ты можешь быть такой дурой?

— Я? – вцепилась в его плечи, Демьян развернулся ко мне, его глаза злы, и почему-то веселы, что еще больше бесит. — Что? Не было у тебя с ней ничего?

— Было.

— И я дура?

— Дура.