Ты не заставишь меня

Или дома сиди. Я, конечно, дома осталась. Двадцать минут. За это время только макияж можно наложить, и все.

— Какая же у тебя каша в голове, – меня ее возмущение не тронуло, отодвинула ее руку с протянутым бокалом и наклонилась над столом. — Лара, ты меня, вообще, слышала? В городе мама.

— И что? – сестра посмотрела на меня в упор. Зеркально наклонилась ко мне. — Это ты у нас общаешься с мамой. А меня, вспомни, хоть раз с собой на встречу брала?

— Я тебе сейчас говорю.

— Сейчас поздно, Алина.

В дверь постучали, Лара откатилась в кресле и встала.

По кабинету застучали ее каблучки, сестра мимоходом заметила, что ей тут нужен мягкий ковер кофейного цвета, и я громко сглотнула.

Она полностью права, я ее с собой не брала никогда. Сначала она слишком маленькой была, а потом я сама, струсила, что Лара отцу проболтается, и он озвереет.

— Лара, там доставку привезли из магазина, запускать? – послышался ровный голос ее охранника, и я с любопытством обернулась.

Ян статуей замер в дверях.

На сестру он смотрит, как на хозяйку, и подозреваю, тут попахивает ролевыми играми в госпожу, у них обоих глаза блестят, налюбоваться друг на друга не могут, как влюбленные школьники.

Лара улыбнулась и шагнула к нему.

— Запускайте.

Ян отдал краткий приказ в рацию.

Сестра обняла его за шею, прижалась.

Я продолжила бесстыдно наблюдать, как они стоят и целуются. И как его руки сминают ее ягодицы под тонкой кожаной юбкой.

Ну и ну.

Отвернулась и пальцем провела по краю бокала.

Не удержавшись, глотнула вина.

Из коридора послышались шаги и шуршание, и Лара негромко хихикнула.

— Мы скоро освободимся, Ян, предложи там пока Демьяну чай, что ли.

Я снова повернулась к дверям.

Сестра посторонилась, пропуская какого-то парня, обвешанного чехлами с одеждой, в руках у него возвышалась пирамида обувных коробок.

— Это что? – поднялась со стула.

— Это одежда, Алина, – как маленькой пояснила сестра и сгребла себе все чехлы, побросала их на черный диван.

— Я по магазинам ходить не могу, сама понимаешь. Волынов не дремлет. А я теперь королева города. Меня могут похитить, – сестра расстегнула чехол и ахнула, увидев серебристое блестящее платье, — на Новый Год папа планировал благотворительный вечер, помнишь? – Лара прижала к себе плечики с платьем, и покрутилась, и серебристая ткань красиво заструилась по ее телу в полумраке кабинета. — На вечере я должна быть. И должна быть неотразима.