Ты моя пара!

Звуки льющейся воды успокаивают, к ним прибавляются щелчки ножниц.

Чего я жду?!

Тишина заставляет распахнуть глаза. Мужчина напротив меня сидит на углу кровати. Абсолютно чужой – незнакомец.

– Даже лицо чужое, – рассматриваю гладко выбритые подбородок и щеки. Если не отводить взгляда от темных глаз, словно ничего не изменилось. – Сколько тебе лет?

– Может, начнем с чего-то другого? – А голос родной, он не изменился. Я невольно улыбаюсь, слыша приятный тембр и прикрываю глаза.

– Нет, – качаю головой. – Сколько?

– Без одного дня четыреста.

И хочется смеяться, громко, безумно, запрокинув голову. Четыреста…

– А я еще волновалась о разнице в двадцать шесть лет.

– Я старший в семье. Арнар младше на шестьдесят четыре года, Вела – на сто шестьдесят семь лет. Наши родители живы. Возможно, они прибудут на юбилей. Мать никак не простит выбор Элеоноры – дочери Велы. Ее парой оказался вампир, – пояснил, по привычке поглаживая бороду. Рука зависает в воздухе, проходит по гладкому подбородку, а Лео кривит губы на свой же жест.

– Сколько ей лет? Элеоноре.

– Сорок восемь. Она была человеком, но после рождения младшей Эли Александр обратил свою пару.

– В вампира? – уточнила.

– В вампира.

– Что будет с девочкой? Лесей. Это нормально – забрать ребенка из семьи?

– Нет, забрать – не нормально. И никто не отдаст свое потомство. Но девочка признала в племяннике пару, она больше не принадлежит отцу и их стае, Леся одна из нас.

– Из вас. – Мысли мечутся в голове. – Оборотней?

– Нет, одна из нас, – обводит рукой.

– А вампиры?

– Мы предпочитаем жить отдельно. Два сильных хищника не умеют сохранять мир.

– Ты здесь… главный?

– Альфа.

– Альфа. – Да, я слышала в разговоре такое обращение к Лео. – А кто я?

– Ты моя пара. Пара – смысл жизни любого волка. Мой смысл жизни. Моя семья. Часть моей души. Мы ждем столетиями, чтобы встретить того, рядом с кем становишься сильнее, рядом с кем обретаешь спокойствие, и только с парой мы можем завести потомство.

– Ты мне солгал, когда сказал, что не встречался с Германом? Так ведь? Лео? Милосердов не попадал в аварию, как мне рассказала мама? Это был ты? Да? Не молчи.

– Да, я, – расставляет шире ноги и склоняется ко мне. – Я, Женя.